Даниэла Стил

Голубоглазый юноша


Скачать книгу

и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

      Copyright © 2016 by Danielle Steel

      © Кабалкин А., перевод на русский язык, 2019

      © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2019

      Глава 1

      Путешествие по западноафриканской стране Анголе из деревушки близ Луэны до Маланже, а затем поездом до Луанды, столицы, заняло семь часов. Отрезок от Луэны был трудным из-за неразорвавшихся противопехотных мин, требовавших крайней осторожности при езде. После сорока лет конфликтов и гражданской войны опустошенная страна нуждалась в максимальной помощи извне. Потому там и находилась Джинни Картер, посланница частного нью-йоркского фонда SOS Human Rights. Фонд рассылал по всему свету своих сотрудников, следивших за соблюдением прав человека. Командировки Джинни продолжались обычно два-три месяца, бывало, что и дольше. Она входила в группу, регистрировавшую нарушения или угрозы нарушения прав, чаще всего помогавшую женщинам и детям и старавшуюся в горячих точках удовлетворять острые потребности в еде, воде, медикаментах, крыше над головой. Джинни часто приходилось вмешиваться в юридические коллизии, навещать женщин-заключенных, общаться с адвокатами, добиваясь справедливого суда. SOS очень заботился о своих сотрудниках и брал ответственность на себя, но работа все равно порой бывала опасной. Перед началом работы Джинни прошла углубленный подготовительный курс, где ее учили всему на свете, от рытья канав и очистки воды до эффективной первой медицинской помощи, и все же к тому, что представало ее взору, подготовиться было невозможно. Начав работать в SOS/HR, она многое узнала о взаимной людской жестокости и об отчаянном положении людей в неразвитых и развивающихся странах.

      Прежде чем пройти таможню в аэропорту имени Д. Ф. Кеннеди в Нью-Йорке, она провела в пути 27 часов, включая перелет из Луанды в Лондон, 4-часовое ожидание в аэропорту Хитроу и перелет в Нью-Йорк. На Джинни были джинсы, туристические ботинки и тяжелая армейская куртка с капюшоном, светлые волосы кое-как перехвачены резиновой лентой; в таком виде она проснулась в самолете перед самой посадкой. В Африке она, начиная с августа, провела четыре месяца, дольше обычного, и возвращалась в Нью-Йорк 22 декабря. Она надеялась получить к этому времени новое задание и новую командировку, но сменщики задержались. Как Джинни ни пыталась избежать зависания в Нью-Йорке, теперь ее ждало там одинокое Рождество.

      Можно было бы отправиться в Лос-Анджелес, к отцу и сестре, но эта перспектива выглядела еще хуже. Джинни покинула Лос-Анджелес три года назад ради кочевой жизни на посылках у SOS Human Rights. Она любила свою работу и то, что работа эта, забирая все силы, почти не оставляла времени подумать о собственной жизни; а ведь раньше Джинни даже в самых безумных мечтах не представляла, что будет жить и трудиться в странах, с которыми теперь познакомилась. Она помогала акушеркам при родах или сама играла роль акушерки, если так складывались обстоятельства. Держа на руках мертвых младенцев, она пыталась утешать их матерей. Она ухаживала за сиротами в лагерях для перемещенных лиц. Она бывала в разоренных войной областях, пережила два восстания и одну революцию, наблюдала страдания, нищету, полное опустошение – все то, с чем никогда не столкнулась бы, сложись ее жизнь иначе. Все остальное откладывалось на неопределенный срок. SOS/HR был благодарен ей за готовность отправляться в худшие места, на которые распространялась его деятельность, невзирая на любые опасности, на непригодные для жизни условия. Наоборот, Джинни предпочитала самые отчаянные условия, самый тяжкий труд.

      Потенциальная опасность для себя самой ее не волновала. В Афганистане она пропала на три недели, и в штаб-квартире фонда успели посчитать ее погибшей. Родные в Лос-Анджелесе уже собирались ее оплакивать, но тут она вернулась в лагерь – больная и обессиленная. Ее спасла местная семья, ухаживавшая за ней, пока она лежала с высокой температурой. Казалось, Джинни готова взяться за наихудший из всех предлагаемых фондом вариантов. На нее всегда можно было рассчитывать. На ее счету были Афганистан, несколько мест в Африке, Пакистан. Ее отчеты всегда были точными, вдумчивыми и очень полезными. Она даже выступала в Верховном комиссариате по правам человека – дважды в ООН и один раз в Женеве. Там она чрезвычайно доходчиво, остро, с должным пафосом описывала бедственное положение своих подопечных.

      В Нью-Йорке она приземлилась совершенно без сил. Ей грустно было покидать женщин и детей, о которых она пеклась в лагере беженцев в ангольской Луэне. Сотрудники международных организаций пытались их расселить, преодолевая бюрократические препоны. Джинни охотно осталась бы там еще на полгода, лучше – на год. Трехмесячные командировки всегда казались ей слишком короткими. Этого срока едва хватало на знакомство с местными условиями, но задача состояла не в изменении этих условий, а в том, чтобы исчерпывающе о них доложить. На месте сотрудники делали все, что могли, но это было равносильно попыткам вычерпать чайной ложкой океан. По всему миру было слишком много людей в отчаянном положении, слишком много женщин и детей, попавших в ужасную ситуацию.

      Тем не менее Джинни умела находить в своих занятиях радость, поэтому не могла дождаться очередного задания.