Claire Valentine

По ту сторону сумрака. Сборник очень странных историй


Скачать книгу

мером 5 на груди и такого же цвета футбольные кеды, потерянно смотрел на талон с непонятной надписью.

      – А что хочешь?

      – Я не знаю…. пожить-то не успел, – футболист мялся на месте и не спешил уходить. – И Вовку жалко, всё мечтал футболистом стать…

      Апостол молча достал схему, размером в альбомный лист, какое-то время поизучал её и снова тяжело вздохнул.

      – Да, – протянул он. – Жалко твоего Вовку. Другого-то будущего в нем и не осталось, только ты у него и был, – апостол удрученно покачал головой.

      Словно для усиления трагичности момента в сторонке кто-то горестно разрыдался.

      – А, не обращай внимания, – апостол отмахнулся от молчаливого вопроса, продолжая изучать схему. – Это актриса, всё умереть не может… Такие никогда в своих хозяевах и не умирают, – он усмехнулся и весело посмотрел на футболиста. – Вот для неё и её Маши есть шанс, – он указал туда, откуда доносились всхлипывания. – Пару раз точно смогу подсказать, да направить, глядишь, и сможет талант свой применить. А вот со спортсменами всё тяжелее гораздо.… Вовремя не начал и всё, пиши пропало. У нас тут, знаешь, целые команды ходят. Даже олимпиады свои есть… – апостол невесело рассмеялся.

      Футболист опустил глаза, с грустью уставившись на свои зеленые кеды, точно такие же, какие Вова увидел в магазине, но тут же встрепенулся, услышав звук рвущейся бумаги.

      – Что вы делаете? Это же его жизнь, а вы её… – с негодованием в голосе воскликнул он.

      – Это не «я её», – покачал головой апостол. – Это они его. Зачем ему инструкция его жизни, если жизнь у него чужая теперь? Кем там его решили сделать? – пренебрежительно спросил апостол. – Художником? Бухгалтером? А? – в его голосе нарастало негодование.

      – Хоккеистом… – отозвался футболист.

      – Ну, хоть в спорт.

      – Так и что теперь с ним будет? – негромко спросил парень.

      Апостол пытливо посмотрел на футболиста и неохотно ответил:

      – Чужая жизнь она и есть чужая. Редко приживается. Да и если приживется – намучается с ней, – всё это время он перебирал карточки с именами, что лежали на столе. – Ну, всё понятно, – он внимательно посмотрел на очередную схему. – Был у нас тут хоккеист. Сашка. Собственная мать убила. Говорила, опасно это, расшибется… – апостол замолчал и вздохнул еще тяжелее, чем до этого. – А тебя кто? Отец Вовкин?

      – Всё верно, – футболист кивнул. – Александр Николаевич. Говорит, всегда мечтал в хоккей играть, да мама не разрешала. Вот он своему и «разрешил».

      Апостол снова рассмеялся:

      – Ох уж эти родители. Всё знают. Ну, вот пускай теперь сами и справляются. Сами его жизнь дальше и строят. А мы, мы больше бессильны.

      – Да как же! – возмутился футболист. – Тоже знак пошлите, как той актрисе.

      – Как будто не ты в этом мальчике десять лет жил и отца не знаешь, – усмехнулся апостол. – Да и поздно будет. Через пару дней ногу сломает на этом хоккее, прямо на лед упадет. Колено всю жизнь болеть будет, дорога в профессиональный футбол всё равно закрыта. Как вырастет, если в депрессию не впадет, попробуем в него тренера подселить, но это уже потом всё. Нет у нас больше власти, пойми ты это.

      Футболист с тоской посмотрел на выданную ранее карточку с номером очереди. Ждать следующего перевоплощения ещё долго. Гении не каждый день родятся. Затем нехотя развернулся и побрел, шаркая шипованными кедами, в сторону холла ожидания.

      – А знаешь, в чем ирония? – окликнул его апостол.

      Футболист обернулся, вопросительно глядя на него.

      – Что теперь мать Сашкина себя правой считать будет. Вот так и губятся души, – апостол выбросил в урну разорванную Вовину жизнь и жестом пригласил следующего.

      Blueprint. Проект.

      Инженер внимательно изучал результаты тестового периода. Два с половиной миллиона лет с начала эксперимента. Предыдущие копии были слишком громоздкими и, согласно подсчетам, в скором времени перестали бы умещаться на поверхности. Эта версия казалась продуктивней и имела все шансы на успех.

      – Ну что там? Как успехи? – прервал его мысли архитектор и тоже склонился над графиком.

      – В этот раз лучше… – задумчиво отозвался инженер, продолжая всматриваться в показатели. – Вот только образцы не приживаются на других макетах.

      – Может, обогревающий шар чуть подвинуть?

      – Да ты что, – возмущенно выдохнул инженер. – Я столько с наладкой мучился, он же сожжет всё, что уже имеется.

      – Да, забыл… Проходили уже. Значит, пока оставим так? На макете ничего двигать не будем?

      – Нет, боюсь опять образцы загубить. До сих пор те жалко… – инженер тяжело вздохнул.

      – Ничего, они вроде всё успешно восстановили, разве не так? Немного времени потеряли, пару тысяч всего, не переживай, – архитектор ободряюще похлопал коллегу по спине.

      – Что верно, то верно. Группа А показывает самые высокие результаты, но всё-таки… –