мех просто для того, чтобы показать, что она не плачет. Я её очень понимала, мне так казалось.
Я понимала и сочувствовала, но что можно сделать теперь, когда фото уже попало в интернет. И мне самой фотокадр нравился не красотой лиц или фигур. Мне нравилась драматургия композиции кадра и взглядов, которые мы, три модели, направили в объектив камеры. Фотограф, как настоящий режиссер-постановщик, каждой модели задал позировку, подсказал, какой взгляд должен быть на лице.
– Сделайте такой взгляд, как будто хотите меня испепелить взглядом, смотрите прямо в объектив, – такая задача поставлена для модели, которая смотрит в зеркало.
Эта модель – я, мне повезло: я в этом кадре в двух ипостасях: отражением в зеркале и спиной к зрителю. Играю всем, чем могу: фигурой, взглядом, позой.
Ирина не хотела меня упрекать в том, что я выставила это фото в ленту и подписала, что довольна процессом и результатом. Ведь она не довольна тем, что пуговка предательски расстегнулась. И в то же время я почувствовала упрек в ее словах.
Можно, конечно, предположить, что фотограф заметил расстегнувшуюся пуговку, и это было частью его постановки. Размышляя об этом случае, я решила написать свои маленькие истории о моделинге по-русски.
Дело случая
На кастинг для съёмок рекламы пришли девушки-модели.
Каждая хотела занять лучшее место, стать главной фигурой в съёмке, поэтому конкуренция накаляла отношения между ними.
Алина не взяла туфли на каблуке, потому что утром, собираясь на работу, забыла их положить в сумку. Студия, где проводили кастинг, была недалеко от места работы Алины, она собиралась пойти туда пешком сразу после окончания работы. Тем более, что начало кастинга было назначено на вечер.
Про туфли, вернее, про их отсутствие, Алина вспомнила, когда увидела остальных девушек. Казалось, они были в своих лучших одеждах, летящие яркие платья, шелковые юбки с модными складками, переливающиеся лоснящимся блеском топы и комбинезоны. И все были в туфельках на тонких шпильках. Черных, бежевых, алых, лаковых, велюровых и кожаных. Алина была в черных стильных ботинках на толстой спортивной подошве. Они были удобными, как и её темные узкие джинсы и белая рубашка навыпуск. Однако, для кастинга нужны были туфли на каблуках. Алина злилась на себя и свою вечную торопливость и суетливость, из-за которой забыла туфли, но от злости не становилось легче. Оставалась только надежда на помощь случая.
Девушки по очереди выходили на середину сцены, показывали свое умение демонстрировать одежду, их тела двигались невесомо, а тонкие руки то и дело мелькали, меняя положение: на талию, свесив вниз, слегка коснуться плеча, оттянуть карманы, держать одной рукой другую…Этих позировок было множество, Алина старалась их выучить, повторяла сама их перед зеркалом дома. Труднее было перед камерой, почему-то все позировки будто вылетали из головы, или появлялся какой-то сумбур в движениях. Алина знала эту свою слабость, но все-таки старалась, повторяла-повторяла…
А сейчас она опять стояла перед зеркалом и пробовала сама себя отвлечь от грустных мыслей о своей невезучести, она повторяла позировки, пока было свободное время.
Рядом, буквально в паре метров от Алины готовились к сьемке Ирина и Венера, у обеих с обувью все было в порядке. Девушки выполняли указания фотографа: Венера присела на низкий стульчик без спинки, красиво отставив ноги на шпильках, взгляд ее выразительных глаз был немного томным и вызывающим одновременно. Ирина, наоборот, встала за спиной Венеры, широко расставив ноги, смотрела в камеру с полуулыбкой и свысока. Фотограф увлеченно щелкал затвором, несколько раз бросал какие-то замечания моделям.
Алина была занята своими позировками, но иногда бросала взгляды в сторону фотографа и снимаемой сцены. Ей так хотелось тоже попасть в объектив камеры и оказаться в лучшем кадре журнала! Но не в этот раз, понимала она.
Прошло две недели. Как-то Алина открыла почту и увидела рассылку фотостудии для моделей, в которой проходили обычно кастинги. В рассылке был опубликованы кадры с того злосчастного кастинга, на который Алина забыла взять туфли. Один из кадров заставил её замереть с открытым ртом. Не только потому, что кадр был подписан как образец лучших кадров, снятых в этой фотостудии для моделей. Алина увидела себя в этом кадре. Причем, она была в двух ракурсах: спиной и спереди – отражением в зеркале. И еще привлекал внимание ее собственный пронзительный взгляд, прямо в объектив камеры. Это был случайный кадр, как и мечтала втайне Алина, случай ей помог.
Алина несколько дней словно на крыльях летала по дороге домой, на работу, на класс актерского мастерства, на новый кастинг, ей казалось, что все также радуются, как она. Но оказалось, что Ирина увидела, что в этом кадре у нее расстегнулась пуговка на блузке, прямо в центре живота. Ирина не могла смотреть спокойно на эту фотографию, готова была плакать. Алина как могла, успокаивала Ирину, у нее даже появилась версия, что фотограф намеренно не попросил застегнуть пуговку, оставил, как есть, с каким-то художественным замыслом.
Ситуация осталась в подвешенном виде, никто ее не обсуждал, только если Алина