Ольга Юрьевна Морозова

Музыкантша


Скачать книгу

льной жизни – отеки под глазами и серый цвет выдавали в ней любительницу веселой жизни. Молодой человек, сидящий напротив нее, брезгливо поморщился, когда девушка выпустила в воздух очередную порцию дыма. Перед ним на столе тоже стоял стакан с пивом, но он почти не пил. Пальцы его слегка дрожали, подразумевая нервную, истеричную натуру. Было видно, что он очень раздражен, но пытается держать себя в руках. Девушка не смотрела на него, видимо абсолютно не заботясь его душевным состоянием. Наконец он не выдержал:

      – Марго! Хватит дымить! Ты что, паровоз?!

      Марго медленно повернула к нему лицо, на котором застыло выражение недоумения.

      – Я же курю в форточку! Вечно тебя все раздражает! – Она сказала это совершенно беззлобно, просто констатируя факт.

      – Ты же знаешь, я ненавижу сигаретный дым! Меня от него тошнит! И потом, ты не забыла, что ты беременна? Ты считаешь, твой ребенок в восторге от твоих привычек?

      Марго пожала плечами.

      – Не знаю. Он еще так мал… Я даже не уверена, есть ли он вообще? По— моему, ему пока все равно. Я думаю, что в отличие от тебя, он не стал бы возражать, чтобы его мамочка немного расслабилась. – И обращаясь к парню добавила,– все, все, уже заканчиваю! – Она затушила остаток сигареты в пепельнице, полной окурков, и переключила все свое внимание на пиво.

      – Слушай, а ты действительно хочешь этого ребенка? Как—то ты не похожа на добропорядочную мать…

      Марго усмехнулась.

      – Хочу ли я? Так получилось, ты же знаешь. Аборт делать поздно, так что пусть живет. И потом, вряд ли бы ты женился на мне тогда. Я не права?

      – Права. Тебе крупно повезло, что я такой честный и порядочный. Другой бы бросил тебя с пузом, и живи, как знаешь.

      – Ой, ой, ой! Только не смеши меня! Ты бы так и поступил, если бы не боялся, что твоя чокнутая мамаша выселит тебя из этой комнаты со своим хахалем! Так что я со своим пузом, как ты выражаешься, подвернулась тебе весьма кстати. Думаешь, я не знаю, что твоя мамаша поплакалась на заводе в жилетку, дала на лапу, кому следует, и ей выделили отдельную комнату? Иначе, зачем ей моя справка из больницы? Так что давай не будем про честность и порядочность! Бессребреник, тоже мне! – Марго опять достала из пачки сигарету, и попыталась прикурить. Молодой человек вырвал зажигалку у нее из рук.

      – Прекрати! Я не железный! – Его голос начинал срываться на визг.

      – Ладно. Так и быть. Налей пива тогда. – Марго подставила стакан, и молча наблюдала, как янтарная жидкость пенясь, переливается из бутылки. Когда стакан наполнился, она сделала из него большой глоток и сказала примирительно: – Хватит ругаться, Эд. Я ужасно устала!

      Эд усмехнулся.

      – Отчего? Ты что, вагоны разгружала? Что – то я не припомню, чтобы ты хоть чем – нибудь занималась в последнее время.

      – Я, между прочим, беременна. У меня упадок сил.

      – Ах, прости, прости! Ты считаешь, это повод бросить работу?

      – А ты считаешь, что будущая мать твоего ребенка должна бегать с подносом, как заведенная?

      – Нет, но…

      – Здорова, как лошадь? Ты это хотел сказать?

      Эд снова начал раздражаться.

      – Именно.

      – Не бойся, у меня есть деньги на проживание. У тебя на шее сидеть не буду.

      – Кстати, а откуда у тебя, в самом деле, деньги? Даже странно…

      Марго бросила на мужа гневный взгляд.

      – Нет, это не то, о чем ты подумал.

      – Ну да. Вспомнить хотя бы, где я тебя нашел.

      – Не важно. Мало ли что было. Теперь я хочу попытаться все исправить. Возможно, тебе и смешно это слышать, но я собираюсь стать вполне добропорядочной женой и матерью. Хотя, возможно ты этого и не заслуживаешь. А насчет денег… это мне родители высылают.

      – Родители?

      – Да. А что здесь странного? У меня есть родители. Они думают, что я здесь учусь. В консерватории.

      – В консерватории? Что за бред! Ты и консерватория! По – моему, это не совместимые понятия.

      – Я тоже сразу это поняла, как приехала… но им не объяснишь. А потом поехало. Пела в забегаловках, ну и там… сам понимаешь, что объяснять, не маленький. Потом группа распалась, я устроилась официанткой. Там ты меня и нашел. Но дома я подвала надежды, между прочим.

      – Где это – дома? В Кукуево?

      – Тебе–то какая разница! В Кукуево, ни в Кукуево! Люди везде живут. А здесь я уже три года существую, надоело мыкаться по съемным квартирам. А тут ты… и беременность эта. Я подумала – это шанс.

      – А ты стерва.

      – Не более, чем ты и кто – то еще. А то все у нас вступают в брак по большой и чистой любви! Я и не знаю, есть ли такая? У вас, у мужиков, одно на уме, куда бы член свой пристроить.

      – А у вас, у баб? Для кого бы ноги половчее раздвинуть… Заткнулась бы лучше!

      – Нечего мне рот затыкать! Я тебе не раба подневольная!

      Эд устало закрыл глаза.

      – Ладно. Хватит гнилые базары