если всего лишь сон.
– Ты чего?
– Грустно. Не хочу просыпаться.
– Так спи, – сказал Моро, и его слова эхом отдались в ее ушах: «Спи, спи…»
Он встал, а она осталась сидеть. Подкосились ноги, все мысли отступили. Стало легко, спокойно, и Куннэй упала на мягко прохладную траву. Ее грудь вздымалась и опадала глубоким сном, а где-то далеко-далеко в небе забрезжил рассвет.
Глава 2. День второй
День второй
Куннэй поморщилась от легшего на лицо солнца, отвернулась, плотнее завернулась одеяло, но…
– Раз. Два…
На счет десять раскрыла глаза: знала, что вредно спать долго. Ван-И об этом часто ей говорил. И все же пока не встала: лежала, перебирала по частям сон, который до странного хорошо помнила. Улыбалась и тут же усилием гасила улыбку: нельзя.
Такому не радуются. Такому не улыбаются. И все-таки…
Вдруг дверь скрипнула, в проеме показалось слегка помятое, чуть зеленоватое, но в остальном узнаваемое лицо Ван-И. Он кивнул, поймав ее вполне бодрый взгляд:
– Хорошо спала, Куннэй? Выглядишь счастливой.
– Я… ну так, неплохо. Хотя долго не могла заснуть, – ответила она, приподнялась на локте. – Ты как?
– О-хо-хо, моя ночь прошла чуть более бессонно, чем мне бы того хотелось, но увы, увы… так уж на меня влияет алкоголь, яд и цвет нации… хорошо, что ты этого не видела, – устало закончил он, прислонил тяжелую голову к косяку. – Можно войти?
– Зачем спрашивать? Входи, конечно.
– Ну, мало ли… вдруг, хранишь от меня какие-то секретики? Прячешь любовников под кроватью и за шторкой, а?
Он добродушно хихикнул, а у Куннэй поперек горла встал ком.
Нет, он не знает, не может знать, не должен знать – иначе бы он так не шутил… да и, в сущности, ничего не было, ведь так?
– Ну и дурачок ты у меня, – сказала и уже более сдержанно, напряженно улыбнулась.
– А вот этого я не отрицаю, – сказал Ван-И и тяжело опустился на кровать, у ее ног. – Ты как, совсем встала? Моро зовет завтракать.
– Моро… а давайте я что-нибудь приготовлю? Ну, там, блины или еще что-нибудь, что хотите, а то как-то неловко даже, да и…
Ван-И, положил руку поверх ее руки:
– Ты здесь гостья, поэтому не старайся быть полезной, хорошо? Поверь, его очень радует один тот факт, что мы приехали.
– «Не старайся быть полезной» ну очень странная просьба, но… хорошо, я не буду. Я буду очень-очень бесполезной.
Ван-И улыбнулся и поцеловал ее в щеку: звонко, совсем по-домашнему. Так стыдно.
– Ну, тогда собирайся, одевайся, а я… то есть, мы будем ждать тебя внизу. Не потеряешься?
Куннэй кивнула и решительным движением села, откинула с ног одеяло… к ее левому колену прилипла трава и земля.
– Боже…
Ван-И застыл в дверях, обернулся:
– Что-то не так?
Она дернула на себя одеяло, суетно