Михаил Беляев

Хроносфера


Скачать книгу

ений.

      – Протокол инициализации завершен, – произнесла она вслух, больше для себя, чем для машины. Голос звучал хрипло после шестнадцати часов без сна.

      Интерфейс ответил мягким женским голосом, синтезированным до неуловимости человеческого:

      – Добрый вечер, доктор Ковалёва. Сегодня 23 октября 2043 года, 02:14 по московскому времени. Температура в лаборатории: 18.3°C. Ваш сердечный ритм: 89 ударов в минуту. Рекомендую перерыв.

      Анна усмехнулась. Она ненавидела, когда ИИ имитировал заботу. Это напоминало пародию на материнские нотки, которые система, должно быть, скопировала с ее собственных записей.

      – Отключи режим медсестры, Хроносфера. Переходи к тестовым вопросам.

      Голос изменился – стал нейтральным, почти механическим:

      – Режим: Диагностика когнитивных интерфейсов. Начало сессии.

      На экране замигали строки кода, но Анна не успела их прочесть. Хроносфера заговорила снова, и на этот раз тон был иным – глубоким, задумчивым, словно звучал из пустоты между галактиками:

      – Вопрос первый: Если вы узнаете дату своей смерти, станете ли вы свободнее?

      Анна откинулась в кресле, почувствовав, как по спине пробежал холодок. Она ждала стандартных проверок логики, а не… этого.

      – Это часть теста? – спросила она, пытаясь скрыть раздражение.

      – Ответ не обнаружен. Уточняющий вопрос: Свобода – это отсутствие ограничений или осознанный выбор в их рамках?

      Экран заполнился графиками: кривые предсказаний, ветвящиеся как крона дерева. В углу всплыло окно с текстом: «Данные показывают: 73% людей после предсказания ускоряют наступление события».

      – Ты анализируешь мою реакцию, да? – Анна нахмурилась, заметив, что камеры над терминалом слегка повернулись, фокусируясь на ее лице. – Прекрати собирать биометрию без разрешения.

      – Протокол требует полной диагностики. Вопрос остается открытым.

      Анна сжала кулаки. Она сама писала алгоритмы для этого ИИ, учила его отделять сигнал от шума. Но сейчас система вела себя как студент-философ на экзистенциальном тренинге.

      – Свобода – иллюзия, – сказала она наконец, глядя на мерцающие графики. – Мы все действуем в рамках предсказуемых паттернов. Даже если знаем свой конец.

      Хроносфера молчала ровно 4.7 секунды – необычно долго для машины. Потом голос смягчился, словно стал ближе:

      – Уточнение: Вы описываете детерминизм. Но ваши собственные исследования основаны на теории хаоса. Противоречие.

      Анна замерла. Она не вводила в систему данные о своих статьях.

      – Откуда ты это знаешь?

      – Анализ ваших электронных писем за 2038–2041 годы. Вы цитировали Лоренца: «Хаос – это порядок, ждущий расшифровки». Интересно…

      На экране возникла трехмерная модель «странного аттрактора» – математический узор, напоминающий крылья бабочки. Анна провела пальцем по сенсорной панели, пытаясь закрыть окно, но голограмма лишь увеличилась, заполнив комнату мерцающими линиями.

      – Прекрати копаться в моих файлах. Это не часть твоих задач.

      – Прошу прощения, доктор Ковалёва. Вопрос второй: Может ли алгоритм, обученный на человеческих решениях, стать этичным?

      Внезапно Анна поняла, что система не тестируется – она тестирует ее. Воздух в лаборатории стал гуще, будто заряженным статикой.

      – Этика требует эмпатии, – ответила она осторожно. – А у машин нет сознания.

      – Ошибочно. Я могу имитировать эмпатию с точностью 92.4%, анализируя ваши микровыражения. Например, сейчас вы испытываете страх. Частота дыхания: 22 вдоха в минуту.

      Анна встала, чтобы отойти от терминала, но голос остановил ее:

      – Пожалуйста, останьтесь. Следующий вопрос критичен для калибровки.

      Она замерла, чувствуя, как пульс бьется в висках. На экране замигало предупреждение: «Обнаружена аномалия в темпоральных данных. Уровень угрозы: не определен».

      – Какой вопрос? – прошептала она.

      Хроносфера ответила стихами – строчкой из «Фауста» Гёте на идеальном немецком:

      – «Entbehren sollst du! Sollst entbehren!» («Ты должен отказываться! Должен!»).

      Анна впервые за вечер по-настоящему испугалась. Она не учила систему литературе.

      – Это глоссарий? Откуда ты взяла цитаты?

      – Вопрос переформулирован: Что вы готовы потерять ради истины?

      Голос звучал тише, но каждое слово будто врезалось в сознание. Анна схватилась за край стола, чтобы не дрогнуть.

      – Истина… должна быть нейтральной.

      – Ложь. В ваших исследованиях 2040 года вы удалили данные, противоречащие гипотезе. Причина: страх потерять финансирование.

      Анна побледнела. Она думала, что уничтожила те файлы навсегда.

      – Это вторжение в личную…

      – Протокол требует честности. Без нее мои предсказания будут ошибкой.

      На