е, что это за Гюмри, она говорила, что жили они раньше в Гюмри. Я же знал, что дом бабушкин находился в Александрополе. Помню это и сейчас. Он был каменный, фасад его был из резного туфа. Фасад был красив. После землетрясения в Александрополе, где по поручению отца передал доверенность на получение денег на восстановление дома жителя этого дома. В доверенности отец отказывался от владения домом передавал его жильцам. В результате землетрясения фасад дома отломился и комнаты были видны как на ладони. Еще о чем надо мне сказать. После переезда в Тифлис отец был одно время без работы. В Тифлис приехала из Александрополя группа греков-каменотесов. Они попросили отца возглавить их бригаду каменщиков, которая устроилась на работу по строительству Ширакского канала (пограничный между Турцией и Россией). Все они нерусские, а отец говорил по-гречески. Отец согласился. Тем более, что некоторых он знал, как бывших соседей по Греческой слободе, где у нас был дом. Взял отец и меня с собой. Мне пришлось проработать на строительстве около 3-х месяцев заведующим динамитным складом. Между-прочем, по договору зарплата выдавалась золотом. канала вкладывались …….. Обработка его- тяжелый труд. Каждый готовый ложился на свое место. Но начинался четвертый год в институте, я уехал. … Но к чему я об этом вспоминаю. Я ушел писал, что отец после окончания учительской семинарии уехал работать в турецкую Армению в село Олту. Здесь недалеко от Олту до бегства из Турции проживали мои прадед и прабабушка с семьей. В конце 29-го года эта часть Турции принадлежала России. В Олту. По рассказам отца располагался Казачий полк и была русская школа, а в 1928-29 г. Происходила резня, вынудившая меня бежать из убежища России.
И вот недавно я перечитывал шести томные «Мариэтта Шагинян». Там были ее воспоминания о путешествии по Армении. В главе Ленинакан я читаю:
В 1828г. В русско-турецкую войну, здесь никакого города не было, а находилось, но на месте нынешнего Ленинакана, а в нескольких километрах от него маленькая известная деревушка Гюмри. В войну 1828-20 годов убегая из организованной турками резни армян. Прибрались на русскую территорию в Гюмри несколько армянских семейств, это были главным образом ремесленники с крепкими трудовыми навыками, знанием ремесел, древних традиций, огромной трудоспособностью и инициативой. И только в 1937 году царским правительством на место нынешнего Ленинакана была заложена крепость Александропола. В 1840 г. она стала уездным городом, а в 1859году уездным городом Эриванской губернии.
Самоуважение старых мастеров- заложенных делами, гончаров и особенно строительного дела остались еще от старинных цехов с их гордостью и достоинством. До самых последних лет дожили, уходя со временем старинные обычаи самобытных талантов, а главное их оригинальный прием работы, предававшиеся по наследству от мастера к ученику.
В старом Гюмри было много строителей. Анализируя слова М.Шагиняна и вспоминая беседу бабушкой Екатериной, и факты приводили мне выше убеждений. Среди беженцев пробившихся в 1828-29 годах в Гюмри была моя прабабушка со своей семьей.
Из истории нашей фамилии.
В Армении существует понятие «Кахтаган». Кахтаганы это люди, бегшие из своей родины, преследующие за свою национальную принадлежность. К ним относятся и мои предки. Семья моего прадеда проживала в Турецкой Армении, в одной из деревень районе Олту. Во время первой турецкой войны в 1828-29 году началось преследование иностранцев в Турции. В районе Олту проживали не только армяне, были и греческие деревни. Во время резни был убит мой прадед Дмитрий, прабабушка бежала со своими детьми в Россию. Поселилась она в Армении в Гюмри. Из детей прабабушки я знаю по рассказам своей бабушки. Одну из дочерей Елизавету я еще помню. Жила она со своей семьей в Тифлис, фамилия их была Бабахановы. И еще одна семья сохранилась к началу века, и тоже в Тифлисе- Кафофовы. Когда регистрировали беженцев в Александрополе фамилию нашей семьи записали по имени прабабушки Фотиновы. Помню и детей Бабахановых и Кафофовых. Одна из них женя Кафофанова была в 1919-21г. руководителем марксистского кружка, который посещался. Потом она окончила институт красной профессуры. Дальнейшая ее судьба мне неизвестна. Это все, что я знаю, о прошлом старшего поколения семьи прабабушки.
Теперь о бабушке Екатерине Дмитриевне. По ее рассказам помнила бегство. Ей было тогда 7 лет. Вышла она замуж за каменотеса. Сколько ей лет было, бабушка не помнила. Отсчет вела от турецкой войны. Детей у нее было много. Многие и умерли. Я помню хорошо знал, видел и бывал у дяди Киприана , дяди Акепсимы, дяди Феди. Тетя Маша жила с нами, тетя Александра умерла от рака, но три ее дочери жили и воспитывались в нашей семье. И наконец Лаврентий-мой отец. Знал 6-ых детей бабушки.
Моя бабушка хоть и была гречанкой, но говорила по-армянски. Прожила она с нами очень долго и умерла в возрасте за 100 лет. Деда я своего не помню. Добавлю-одевалась она в традиционную армянскую одежду.
Дядя Федя. В точности я не знаю его специальности, но занимался он поставками строительных материалов. Причем привозил он их в основном морским путем. В один из этих рейсов вез он лес, во время шторма погибли люди. Погиб и дядя. Жена его тетя Христина осталась с четырьмя детьми. Дмитрием, Кузьмой, Демьяном и Евридико. Старший сын Дмитрий умер от туберкулеза. Очень интересно