Талантливые дети Баюна и другие сказочно интересные истории для умных людей
коты – бездомные. Иногда это их личный выбор!
Но Мурлун путешествовал с комфортом. К нему приставили личного человека. Для Бабы Яги найти того, кто окажет такую услугу, раз плюнуть.
Повидав много, много интересного, Мурлун уже хотел дать отмашку отправляться домой.
Потому что, в гостях хорошо, а дома сливки слаще и жирнее!
Как вдруг увидел афишу:
«Только завтра, и только один день в нашем городе Паштэнк Мяунатра исполнит для вас лучшие джазовые композиции!»
Мурлун решил, что один день ничего не сделает, и сопровождающий купил ему билеты на концерт.
Мурлун услышал джаз и пропал! Всеми четырьмя лапками, хвостом и даже ушками с вибрисами!
Домой он возвращался с неуклонностью паровоза и скоростью сапсана.
Дома выпросил у папеньки свои наследственные денежки авансом. И…
Первыми не выдержали мыши. Семейка норушек, жившая в Избушке с незапамятных времён, выдержала полтора часа безуспешных попыток Мурлуна осилить ударную установку, на которую он потратил почти все своё наследство. Мудрый Баюн не признался, что отдает только малую толику оного, подозревая нечто не тое. И оказался прав.
Мышиное семейство, скорбно опустив головы, повесив ещё скорбней хвосты, и сгорбив спинки, демонстративно вышло из-под печи, и медленно, хороня свои надежды на жизнь в теплой, уютной норке под полом Избушки, прошествовало к выходу.
Из-за боя ударников, точнее, хвоста и лап по всем инструментам сразу, их печальные вздохи и легкий цокот коготков никто не услышал. И только Избушка, почуяв опустение где-то в районе лапок, печально вздохнула.
Мыши спустились с крылечек, и пошли проситься на постой к Горынычу. Тот, прослезившись, жалея бездомных, уговорил Горочку сдать им уголок в дальней пещерке. Всё равно уголок был так тесен, что там никто из его семейства не помещался.
Вторым сдался Окомир.
Муж Ягуси, запустив тапком в музыканта, промахнулся, что-то выкрикнул, чего никто не разобрал, и вылетел за дверь.
Колоть и пилить дрова на циркулярке ему показалось благозвучней, чем всё это в Избушке.
Родичи Мурлуна во главе с Баюном срочно вспомнили о каких-то срочных делах в отдаленных уголках Леса.
Дольше всех продержалась Ягуся. Медаль ей на грудь!
Но даже она сдалась. Правда, оторвать музыканта от его инструментов удалось только с помощью срочно призванного Потапыча.
Тот недоумевал, чего это им всем не нравится? Потому что, почти не слышал экзерсисов Мурлуна. Мама, наступившая ему случайно на ухо, сделала ему добрую услугу. Сейчас, во всяком случае.
Мурлун всеми коготками цеплялся за свои вожделенные инструменты, которые издавали явно предсмертные последние барабанные аккорды.
Он вопил о Женевской конвенции по правам человека, на что ему злобно ответили, что про котов там не говорилось!
Мурлун рыдал и тянулся к своим барабанам, пока безжалостные Яга с Потапычем, выносили его из Избушки.
Его утешило только обещание построить ему звуконепроницаемый бункер, в сторонке. Очень в сторонке.
Первыми