на рапиру.
– Его здесь нет, – сказала Колбасова.
Втроем они обошли кабинет, но не обнаружили ни следов ученого, ни признаков борьбы.
– В плохую погоду он всегда сидел в своем кабинете, – заметила директор, скрестив руки на груди и глядя в окно, в которое с силой ударял дождь. – Он выходил только поесть.
– Кстати, где его сумка? – спросила Виктория. – Он всегда выходил на улицу с сумкой, где у него лежал справочник и баночки для образцов.
Она принялась осматривать комнату с удвоенной энергией. Когда девушка наклонилась над столом, с ее носа упали очки, но, по счастью, не разбились. Колбасова открыла шкаф, заглянула туда, направила в его темное и пыльное нутро свет от настольной лампы, но также не нашла ничего, похожего на сумку.
– Нету, – сказала она, с разочарованием разводя руки в стороны.
Завхоз, пыхтя, полез под кровать, поднимая облака пыли. Считалось, что каждый из обитателей биостанции должен сам убирать свою комнату, но Курочкин, которого не интересовало ничего, кроме букашек разных типов и размеров, никогда этого не делал. Иванов чихнул и вылез из-под кровати.
– Отсутствие сумки говорит о том, что Курочкин, скорее всего, покинул комнату добровольно, – сказала Анастасия Геннадиевна.
– Может, он убил Шварца и сбежал? – предположил Василий Борисович, поднимаясь с пола. – Другого объяснения происходящему я найти не могу.
– Да вы что? – испугалась Виктория. – Наш Курочкин? Он же мухи не обидит!
– Э-э-э, тут вы не правы, – не согласился с ней завхоз, почесывая нос, куда тоже набилась пыль, – в этой комнате хранится несколько сотен обиженных мух.
Сушко беспомощно огляделась.
– Да, это так, – согласилась она, – но ведь убить насекомое и убить человека – это…
– Согласен, разные вещи, – кивнул Иванов, – но ведь Шварц мертв, это факт. А Курочкин пропал, прихватив сумку, это тоже факт.
Колбасова тяжело опустилась на стул и прижала руку к сердцу.
– Я не могу поверить, – простонала она, – Курочкин – человек абсолютно безобидный и искренне преданный науке! Он – вылитый Паганель из книги Жюля Верна. Он не может быть убийцей!
– Любой человек может стать убийцей при определенных обстоятельствах, – пожал плечами Иванов, – не обольщайтесь, Анастасия Геннадиевна.
Колбасова встала.
– Пойдемте вниз, – сказала директор после небольшой паузы. – Нам надо положить тело несчастного Шварца в холодильник, а потом позвонить в УВД города Туапсе. О случившемся нужно сообщить в милицию, и как можно быстрее.
Прикрыв снятой с петель дверью вход в кабинет ученого-энтомолога, троица принялась спускаться по лестнице.
– Почему отперта входная дверь? – вдруг испуганно воскликнула Колбасова. – Я же закрывала ее на засов!
Дверь была распахнута настежь. В проем хлестал дождь. На пол натекла уже приличная лужа. Часть воды попадала даже на тело убитого Шварца, лежавшее посреди холла.
– Не