старый извращенец! – Тарас был не в силах скрыть своего омерзения к Храмцову, увидев на кровати связанную девушку в нижнем белье, – давно лежит…
– Что же он с тобой делал… – Егерь подошел ближе к мёртвому телу, рассматривая многочисленные гематомы и порезы на грязно-зелёной коже, а затем, будто забыв о трупе, сорвал плотные шторы с окна, впуская в комнату дневной свет, – ищите сейф. Он должен быть в шкафу.
– Нашел! – Тут же отозвался Тарас, обнаружив его за первыми распахнутыми дверцами.
Егерь ввел нужную комбинацию цифр. Внутри беспорядочно лежали какие-то бумаги, несколько пачек с деньгами, десяток закупоренных пробирок с непонятного вида жижей, и только на самой нижней полке обнаружилось то, ради чего наемники сюда прибыли – три толстенные тетради, перемотанные скотчем.
– У нас гости! – Предупредил Муром, услышав быстрые шаги и хрипы. – И как… Чуют что ли?
– Как они меня уже задрали… – Егерь положил в рюкзак найденные записи, а вместе с ними – все деньги, которые были в сейфе.
– Маленький бонус? – Усмехнулся Тарас.
– Не такой маленький, как десертик Мурома, – расхохотался Егерь и отбил «пять» товарищу по шутке. Его ничуть не волновали Зараженные, скребущиеся в закрытую дверь. Спокойствие обеспечивали осколочные и светошумовые гранаты, ожидающие своего часа на жилетах наемников. Да и бывали они в передрягах похуже. Один прорыв под Москвой чего стоил. Тогда у этих тварей совсем крышу снесло, и ограждения не выдержали напора, впустив голодную толпу прямиком в лаборатории. Несмотря на то, что группы среагировали оперативно, добрую половину ученых и персонала покромсали так, что их количество сократилось в разы. Прошло уже полгода с момента инцидента, но Егерь до сих пор детально помнил ту резню.
– Очень смешно. Может уже свалим отсюда? Или вы нашли себе подружку и решили остаться? – Огрызнулся Муром, махнув рукой на мертвую девушку.
– Отставить, язвить. – Егерю и самому хотелось поскорее вернуться на базу, получить награду и денёк-другой отдохнуть. – Сколько их там?
– Не вижу. Плотно прижались, мрази. – Муром пытался хоть что-то рассмотреть в глазок, но головы Зараженных перекрывали весь обзор.
– Ладно. Сделаем так: я ослеплю ублюдков, – Егерь легонько похлопал светошумовую гранату на своем жилете, – и открою дверь… Так… Тарас, опрокинешь шкаф сюда… Муром, на тебе первая линия, а там уже и мы подключимся. Все понятно?
– Так точно, – отозвались бойцы.
Тарас, громыхая содержимым шкафа, подвинул его на указанное место и наклонил так, что тот при падении должен был заблокировать вход. Муром отошел в комнату, прицелился, твердо уперев приклад автомата в плечо, и замер в ожидании.
– Начали! – Егерь зажал скобу, выдернул чеку и, приоткрыв дверь, бросил гранату под ноги Зараженным. Не успели те понять, что произошло, как дверь захлопнулась. Пара секунд –