Иван Тропов

Крысолов


Скачать книгу

генерала? Или сердце подвело? Или еще что-то?

      Главное, как быстро он умер? Успел раздать последние распоряжения перед тем, как его отвезли в больничный морг? И самое важное – что будет с содержимым его домашнего сейфа, с его личными архивами? Где-то ты сейчас, папочка с надписью «Крысолов»…

      Где-то с чпоканьем открылась дверца, звякнуло стекло. Серый добрался до холодильника. Господи, он же весь дом перевернет! Продукты и так кончаются, пора в пригороды ехать по магазинам, а теперь и последних крох не останется, даже позавтракать нечем будет…

      Стас усмехнулся. Какая чушь в голову лезет… Завтрак…

      Вот уж что сейчас меньше всего значит, так это завтрашний завтрак. И все-таки, так же на автопилоте, Стас открыл рот, чтобы окликнуть шерстяного паразита, – но тут пошла новость о генерале.

      Скоропостижно скончался. Утром. От сердечного приступа во время совещания у президента…

      Дьявол. Дьявол, дьявол, дьявол!!!

      Ничего старый лис не успел, получается. Ни о какой неспешной передаче дел не могло быть и речи. И куда теперь могла попасть папочка с таким родным названием, было совершенно непонятно.

      Как и то, что же теперь будет.

* * *

      Стас открыл глаза и сел на кровати.

      Зашевелился Серый, свернувшийся в клубочек в ногах. Открыл один глаз, разглядывая Стаса и прислушиваясь к перезвону, заполнившему квартиру.

      На самом деле, не только квартиру, но и весь дом. Все пять этажей и подвал стали теперь одними большими апартаментами. Лет двадцать назад, пока про модифицированных крыс знали еще только в военных лабораториях, такая площадь, да еще в центре Москвы, стоила бы диких денег, – тем более что сам дом немногим старше, спланирован и построен что надо. Но сейчас все его три с чем-то тысячи квадратных метров стоили меньше, чем двушка в пригородах. И то, если на самой границе со старым городом…

      Стас встал и прошел в кабинет. Стена слева от стола была покрыта видеопанелями. Верхний угол светился, передавая картинку с двух камер перед домом.

      Перед подъездом стояли три машины. Не какие-то там немки, а самые настоящие «Сахалин-Караты», дорогущие до ужаса. Скромного черного цвета. Семь человек – все в гражданских темных плащах, но совершенно одинаковых, совершенно, и по цвету, и по покрою, – стояли возле машин и нервно оглядывались вокруг, сунув руки под левые полы плащей.

      Еще трое были перед самой дверью, выстроившись в затылок друг другу. Первый жал звонок. Замыкающий глядел по сторонам. Средний, сунув руки в карманы, просто ждал, и на лице постепенно проступало нетерпение. Эти трое тоже в гражданском. Волосы у всех острижены коротко, как у ребят Живодера. Только вот о прическах никто не позаботился, и вид был совсем не такой крутой. А лица почти такие же…

      Индикатор в углу панели гласил: девять тридцать пять. Пунктуальные, надо признать. От Новограда как раз тридцать минут. Черт, быстро же они разобрались с наследством старого лиса…

      Стас нажал клавишу внешней связи:

      – Доброе утро.

      – Открывайте! – потребовал терзавший