Не пойму только, какие пробы твердого материала вы изучали? На глиняную керамику не похоже… Фарфор?
– Позвольте! Я ещё ни одного слова не сказала о моих исследованиях, да и о цели моего визита к вам никто не осведомлен! Как?! Как вам удалось узнать о проблеме, которая буквально не дает мне покоя?
– Это просто! Рассматривая дно кофейной чашечки, вы несколько раз подносили её к глазам, как бы пытаясь поймать фокус. Причем глаза были широко раскрыты. А так бывает, когда человек подолгу работает с микроскопом. Сопоставьте это с вашей профессией.
– Понятно. Но пробы фарфора? Как вы об этом догадались?
– Здесь нет никаких догадок. Немного логики и простая наблюдательность. Вот, взгляните сама на указательный палец вашей правой руки. Видите – вот здесь явная потертость. Чтобы взять образец краски, нужен скальпель, он зажимается подушечками пальцев. Для шлиха глиняной керамики нужна фарфоровая пластина. Металлы? В том числе и благородные? Тут вы не можете давать окончательную оценку без пробирной палаты. Остается только два вида материалов – стекло и фарфор. Задачка не из легких, но… немного знаний в области экспертной оценки – и можно смело говорить о том, что вы занимаетесь исследованиями фарфора. Алмазная пилочка, которой вы делали пробы на образцах, оставила след на вашем пальчике.
– Однако! Значит, все мои сомнения напрасны и я пришла по нужному адресу! Случай в моей жизни прямо таки беспрецедентный. Обратись я по другому адресу – меня сочли бы сумасшедшей!
– У нас было немало дел, которые со стороны могли показаться историей из палаты № 6, – опасаясь пропустить хоть одно слово, я включил диктофон. Интонация собеседника, сохраненная в записи, могла рассказать о некоторых деталях.
– Год назад я защитила диссертацию о развитии фарфорового производства в России. Тема, на первый взгляд, кажется легкой, а пришлось перелопатить массу архивных документов, познакомиться с множеством интересных людей, посетить не один завод не только у нас, но и за рубежом. Вы позволите? – эксперт по фарфору открыла темно-синюю папку, скромно лежащую на краю стола, – думаю, эти фотографии дадут вам представление о масштабе моих исследований.
Холс бережно брал снимки один за другим и, мельком взглянув, передавал мне.
– Вот тут я с Александром Добровинским. Знаменитейший коллекционер и знаток фарфора! В его коллекции есть даже супница и чайная чашка из знаменитого сервиза Екатерины второй «Зеленая лягушка». Вот ещё интересная фотография – это известный коллекционер фарфора Шабтай Калманович. Мне одна сплетница написала, что его коллекция фарфора досталась Александру Добровинскому. Но сейчас его фарфор принадлежит Петру Авену. Мы встречались, и он сам мне подтвердил, что выкупил коллекцию Калмановича. А это Германия. Родина европейского фарфора. Третий слева – Гюнтер Мильц, известнейший эксперт и директор музея фарфорового завода в Майсене.
Нина Васильевна, немного задержала в руке следующую фотографию:
– Уникальный человек! Эксперт,