трофеем. Мы перехватили и расшифровали сообщение, направленное одному из крупных полевых командиров. Оно как раз касается условий финансирования на будущий год. У них там, видишь ли, возникли кое-какие спорные вопросы, и… Ну, словом, перехваченное нами сообщение содержит прямые доказательства того, что один из основных источников финансирования чеченских боевиков расположен где-то на территории Европы.
– Тоже мне, новость! – фыркнул Глеб. – На территории старушки Европы чего только нет! Понаписали законов на свою же голову, гуманисты чертовы, сами себе петлю на шею накинули…
– Про политику двойных стандартов мы с тобой сейчас говорить не станем, – прервал эту тираду генерал. – Еще мы не станем обмениваться догадками, слухами и газетными сплетнями. Благодаря твоим усилиям мы можем говорить о фактах, а они таковы, что упомянутый мной источник финансирования – это не просто анонимный номерной счет в каком-нибудь банке, умеющем хранить секреты своих клиентов, а конкретное лицо или группа лиц, которые не только регулярно поддерживают террористов деньгами, но и осуществляют прямое руководство их деятельностью. Причем, говоря о террористах, я имею в виду не только наших джигитов. Речь идет о гораздо более широкой сфере деятельности, понимаешь?
– Не вполне, – признался Глеб, ввинчивая сигарету в пепельницу с такой силой, словно давил опасное насекомое. – Пока что, товарищ генерал, мне кажется, что вы не то политинформацию для меня проводите, не то надумали поручить мне в одиночку покончить с международным терроризмом. До такого, Федор Филиппович, даже голливудские сценаристы еще не додумались.
– Они до многого не додумались, – проворчал Потапчук. – И не только они, заметь.
– Ой-ей-ей, – протянул Сиверов. – Чует мое сердце, не к добру этот разговор!
– Почему же не к добру? – изумился Федор Филиппович. – Как сейчас помню, прошлый раз, когда надо было обследовать морги в окрестностях Питера, ты жаловался на свою горькую долю: дескать, какому-нибудь чиновнику Интерпола вечно достается Европа с отелями и прочими прелестями, а ты-де только и делаешь, что обшариваешь российские помойки.
– Так ведь это же совсем другое дело, – уныло возразил Глеб. – В данной ситуации я, честно говоря, предпочел бы помойку.
– А я предпочел бы выйти в отставку, переехать за город и жить в свое удовольствие, – сообщил генерал. – Тебе, ей-богу, не угодишь! Россия тебе не нравится, Европа тоже не по нутру… Извини, в Тимбукту у меня для тебя дел нет!
– Жалко, – притворно вздохнул Глеб. – А я было размечтался… Понимаете, Федор Филиппович, – продолжал он задушевным тоном, – и у Европы, и у России имеется один общий и очень существенный недостаток: они чересчур большие. Искать то, не знаю что, и тут и там можно до конца дней своих.
– А кто тебе сказал, что тебя отправляют искать то, не знаю что? – удивился генерал.
– Я так вас понял.
– Еще бы! Ты ведь не даешь мне рта раскрыть!
Глеб