обрушилось на меня, словно порыв холодного воздуха, и я издала крик, которым даже банши смогла бы заткнуть за пояс. Папа прибежал на кухню с вытаращенными глазами, будто ожидал, что на меня напала вся стража Благого двора.
– Что случилось? – спросил он, запыхавшись.
– Ненавижу кофе, – взвыла я.
Он озадаченно уставился на меня, пока на его лице не отразилось понимание.
– Сожалею, милая. Это должно было случиться.
Я опустила голову, чтобы он не видел слез, жгущих мои глаза.
– Джесси, – обратился папа, но в тот же миг раздался звонок в дверь.
Я взяла бумажные полотенца и принялась вытирать учиненный мной беспорядок, а отец пошел посмотреть, кто нанес нам визит. Судя по тому, как развивались события этого дня, вполне вероятно, что на пороге была сама королева Анвин.
Я не стала смотреть, кто пришел, но слышала тихое бормотание мужских голосов. Через мгновение послышались шаги, и, подняв взгляд, я посмотрела в хмурое лицо Фаолина. Лучше бы пришла благая королева.
– Ты плачешь? – резко спросил он.
Я выбросила бумажные полотенца в мусорное ведро.
– Вот так сильно я рада тебя видеть.
Он нахмурился, но я уловила проблеск веселья в его глазах, что разозлило меня еще больше. Его зоркий взгляд скользнул мимо меня к кофеварке и двум кружкам, стоящим на столе. Быстро смекнув, что к чему, он сказал в типичной фаолиновской манере:
– Ты плачешь, потому что больше не можешь пить кофе?
Я бросила на него сердитый взгляд.
– Дело не в кофе. – Мне было ни к чему добавлять слова «бесчувственный ты придурок», потому что мой тон и так их подразумевал.
– Тогда в чем?
– Ни в чем.
Он был последним человеком, которому я хотела бы открыть свои секреты. Я даже отцу ничего не рассказывала. О том, что с тех пор, как очнулась и узнала, что стала фейри, я находила утешение в том, что по-прежнему выглядела и чувствовала себя человеком. Я не обладала магией или фейской силой, а железо не оказывало на меня влияния благодаря камню богини. Пока все это оставалось неизменным, я могла делать вид, что все еще была прежней Джесси.
Я скрестила руки на груди.
– Зачем ты пришел, Фаолин?
– Принес тебе еды. – Он поставил на стол набитую тканевую сумку.
Я с опаской на нее взглянула.
– У нас навалом еды.
– Человеческой. – Он развязал шнурок и достал из нее всевозможные фейские фрукты, некоторые из которых я узнала, а еще бутылку зеленого сока и две маленькие круглые буханки темного хлеба. Сок по виду был похож на тот, который пил Фарис, пока выздоравливал.
Закончив, Фаолин посмотрел на меня.
– Твой отец сказал, что ты почти ничего не ела с тех пор, как вернулась домой.
– В самом деле? – Я бросила на папу укоризненный взгляд.
Они не так уж долго простояли возле двери и не успели бы за это время обсудить мой режим питания, а значит, он говорил с Фаолином перед его нежданным