мысли, не смысла.
Не идти ни вперёд, ни назад.
Отпустите, я должен отмыться.
Даже мыла куску буду рад.
Всё, что было, похоже, неправда.
Было в жизни какой-то чужой.
Что там помнить, казалось, мне надо,
Хочу сбросить,
***
Ведь мир, он другой.
Там, где есть города и деревни.
Шёпот моря и зелень кустов.
Верю, скоро вернусь к моей Скверне,
Наловлю там и щук, и сомов.
А пока только снег,
Только ветер
Обжигает язык хрусталём.
Если будет свет на этом свете,
Напиши письмецо мне потом.
***
Всё тянет, всё зовёт и стонет,
Душой заученная боль.
Всё просто, лишь не сыпьте соли
На рану, где густая кровь.
На ветках красота и мрачно.
На лицах грусть иль красота.
Я вижу, у неё есть счастье,
А у него тоска одна.
Смотреть в людей пустое дело,
Они, как грязное стекло.
Всё пишут на лице несмело.
А я читаю, повезло.
***
Мир мой рушится,
Падает, в бездну летит.
Прилетай ко мне,
Ангел мой,
Мой Айболит.
Свесив ноги,
Мы сядем на крыше.
Всё скажу,
Ну а ты всё услышишь.
В этом мире порою бывает.
Ты лежишь, а душа всё летает.
А потом вместе с ангелом
Вниз летишь.
Он спасает, а ты, глядя в пол, молчишь.
И сказать, может, нечего, всё понятно.
И опять новый день.
В этот мир. Обратно.
***
Вдоль дороги, серой птицей,
Пыли струйка. Не боится
Залететь ко мне в окно.
Ей не больно бить в стекло.
Нам обоим мир не видно.
Не светло и не обидно.
У меня душа болит.
А её ветер кружит.
Плачь, хоть смейся.
Всё пустое.
Мы опять
Старик и море.
***
Мрамор. Точки. Тихо. Скупо.
В камне выбита разлука.
Ветер. Ветки оземь бьются.
И скворцы средь них смеются.
Над рекой неспешной тень,
Боль такая, думать лень.
Жизнь прошла одной минутой.
Ну а смерти нет, как будто.
***
На обломках, у края, по ниточке,
Перед тем как уйти в никуда.
Должен здесь простоять вахту бо́льную.
Чтоб за боль, хоть, простили меня.
Не проверится, не отступится
Каждый миг, что идёт впереди.
Вся судьба, словно глупая курица,
Вдаль бежит, не считая вершин.
***
Зима слепила из снежинок
Мягкую постель.
Легла на краешек поспать
И, словно акварель,
Кидает жёлтый свет налево,
Направо синее, как небо,
Иль ветки сделает стеклом,
Намажет инеем лицо.
То, вдруг, смеётся иль молчит.
И под ботинком захрустит.
Миг светел мой, и он открыт
Теплу,