одило моё собеседование (первое на данном заводе, а за прошедший месяц уже двенадцатое), был обставлен по периметру запыленными советскими столами желтого цвета да тумбами с ящиками. На них громоздились кипы каких-то документов и потрепанных чертежей, скорее всего, тоже советского времени. На проем форточки обшарпанной рамы единственного окна кабинета была прибита дырявая и почерневшая москитная сетка. На выкрашенных темно-зелёной краской стенах висели плакаты с изображениями внутренностей и габаритных размеров самолета «АН-140», календарь 1999 года с фотографией серого кролика на лугу и множество пожелтевших розеток старого образца, почти над каждой из которых висела информационная бумажка с числом «220». Несмотря на работающий маленький вентилятор в дальнем углу, в помещении было весьма душно.
Справа от меня за столом сидел второй молодой человек, пригласивший на разговор после долгого ожидания в отделе кадров. Этому немногословному инженеру, носившему черный офисный костюм и лакированные туфли, нужен был человек-помощник, но, к сожалению, другого, металлургическо-механического профиля. Моя же специальность наиболее близка к электротехнике, электронике, к лазерам в конце концов. Поэтому наш с ним разговор далее моей профессии не зашел, и инициатор собеседования пригласил того «Гарри Поттера», сидевшего напротив меня.
− Почему же? – спросил я. – Вы же сказали, что занимаетесь электронными системами и чем-то подобным.
− Да. Но я не вижу на вашем лице озарения, блеска, как будто вам вообще не нужна работа. Либо вы не хотите здесь работать.
− По-вашему, я пришел сюда просто так???
Инициатор, слушая наш разговор, не глядя на нас, нервно перебирал какие-то свои документы и чертежи, видимо, что-то отыскивая. Парень в очках после небольшой паузы продолжил бомбить меня вопросами по прочтённому несколько минут назад резюме.
− Скажите, почему вы ушли с последнего места работы на производстве?
Здесь парой слов я бы ответить не смог. Мой карьерный путь, действительно, очень витиеват. А с завода я ушел уж года два с половиной назад…
− Уволился, потому что в течение двух с лишним лет приходилось ездить туда и обратно с пересадками. Плюс хотелось найти более высокооплачиваемую работу. А под конец чуть кирпич на голову не упал: рушится там здание одно.
− Ну, у нас ситуация примерно такая же. Конечно, кирпичи на головы не падают… пока что, – «Гарри Поттер» усмехнулся и переглянулся с инициатором, – но завод далеко не новый, советский… А живешь-то ты где?
– Да рядышком. Минут пятнадцать на трамвае.
– Ясно. Ну ты сам-то чё хочешь-то?
Этот вопрос поставил меня перед выбором: либо я сейчас просто встаю и ухожу, либо ответить ему буквально, что я хочу в жизни, тогда у парня отвянут уши и уйдет он. Либо прикинуться дурачком и отвечать просто нелепо. А может ему просто сказать: «С какого ты, когда вы»?
– От кого? От вас хочу?
– От работы. Еще что-то хотите добавить?
– У вас, надеюсь, зарплата без задержек? Двадцать пять хоть получится?
– Зарплата без задержек… Да, получится…, но…, к сожалению…, вы нам не подходите… Вить, проводи его в отдел кадров, пусть в лабораторию устраивают, – обратился «Поттер» к инициатору, уже закопавшемуся в бумагах, встал с древнего кресла и потянулся вверх к белому, поросшему паутиной потолку.
– Да, хорошо, – ответил из-под «баррикад» Витя. – Ты, кстати, в курсе про сегодняшнее совещание у директора?
– Нет, но у меня все в ажуре!.. А во сколько? – удивленно спросил «Гарри».
– В 3 часа…
– Тогда пойду дам задание Лизе напечатать отчет. Ну, увидимся, трудяга! – сказал он напоследок Виктору.
В кабинете инициатора я посидел ещё некоторое время, пока он освобождался от своих бумаг и телефонных звонков. Бюрократия она и есть бюрократия. Закопались в ней совсем.
– Пошли, отведу тебя обратно, в кадры. Пойдешь в лабораторию-то? – наконец, сказал Витя, почесывая затылок.
– Ну, раз других вариантов нет, что же мне остается? Уходить ни с чем?
Пять минут спустя я уже снова стоял в кабинете отдела кадров, пройдя обшарпанные коридоры со старыми дверями по бокам и миновав разбитые бетонные лестницы с торчащей арматурой. Сказав пару слов молодым работницам отдела кадров и иронично откланявшись, сопровождавший меня инициатор Витя растворился в дальнем крыле коридора. Одна из кадровиц, что-то напечатав на своем компьютере, попросила меня подождать в коридоре.
В ближнем крыле коридор выходил в небольшой зал со столом возле окна и стальными скамейками по периметру. На столе под оргстеклом лежали образцы всяких документов для правильного заполнения. В противоположной стороне зала на стойках были развернуты огромные плакаты с фотографиями деятельности и досуга заводчан. На этих снимках присутствовало очень много людей, серьезных и улыбающихся. Особенно было много молодежи, чему я сначала очень удивился, но мое удивление пропало, после того как я нашел датированные фотографии. Самые свежие из них были сделаны в конце нулевых