нужно было обсуждать с отцом дела Дагмиты и соседей.
– Как же что?
– Ну, тот взрыв. Это же был Ссетрат?
– Кто тебе сказал? – отец пристально вглядывался в ее лицо. Мика не знала, что ответить, она испугалась уже такого знакомого упрекающего взгляда своего родителя.
– Не важно, просто слышала об этом.
– Понял, эти разговоры я тоже слышал, но я скажу так, это был не Ссетрат.
– Что? – Мика удивленно выпучила глаза. Неужели, догадки о том, что это кто-то из Дагмиты оказались правдивыми? А что если и разговоры о предателе в Совете тоже не слухи, и связана как-то с этим ее мать?
– Мне кажется, кто-то хочет совершить переворот.
– Переворот? – Мика осела на стул и уставилась на отца. Слова Кайла про большую крысу в Совете были правдой?
– Да, грядут перемены. – отец поднялся на ноги и одернул халат. Кажется, перемены его радовали и не важно, каким способом они будут достигнуты.
– Значит, ты снова будешь заниматься разработками в порту?
– Да, нейтральность вод никуда не делась, но Ссетрат все еще поддерживает идею совместной торговли через порт.
– Ты поэтому не выходишь из лаборатории? – усмехнулась Мика.
– Слишком много нужно восстановить, да и новые идеи есть. Юстин обещал помочь.
– Хорошо, что ты так воодушевился.
– Да. Ступай к себе, мне пора ехать.
– Ты приедешь домой сегодня?
– Планировал. – рассмеялся отец и подал Мике планшет.
– Я буду рада, если ты поужинаешь сегодня со мной. Еще хотела спросить, могу ли я выйти в периметр? Хочу проверить цветы.
– Ты уверена, что справишься с такой дорогой?
– Да, пап, все в порядке, да и размяться не помешает.
– Тогда, иди. Заодно собери образцы.
– Будет сделано! – Мика улыбнулась и встала с места. Отец рассмеялся и потрепал ее по голове, как когда-то в детстве, когда она радовала его своими успехами. Это было мило. Мика вдруг обняла его и прижалась щекой к его груди. Отец замер, она чувствовала, как напряглось его тело, но потом он несмело, но обнял ее.
– Прости меня за все, пожалуйста.
– О чем ты, Мими? – смеясь, шепнул он. Давно он так не обращался к ней, с тех самых пор, как ушла мать, именно она так ее называла. На душе тут же стало тепло и приятно.
– Просто скажи, что прощаешь.
– Хорошо, милая, я тебя прощаю. И ты меня прости, я просто отвык быть отцом. Ты выросла и мне сложнее общаться с тобой.
– Я понимаю, но хочу хоть иногда слышать, как ты зовешь меня Мими.
– Хорошо, я учту. А теперь, пора за работу.
– Да-да, я уже работаю. Пока. – Мика быстро чмокнула отца в щеку и выбежала из кабинета. Доктор Хоган посмотрел на закрывшуюся дверь и вздохнул, ведь в душе он понимал, что дочери не хватает его, как отца, но сделать с этим ничего не мог. Он корил себя за это и за то, что допускал мысль о том, что ей лучше будет в браке с Юстином.
Мика собирала рюкзак, чтобы пойти в периметр, когда в кабинет вошла Агнес. Она широко улыбнулась, пройдя вглубь помещения.
– Привет,