и эти бои не были похожи на сражения в древности – было чрезвычайно шумно! От выстрелов, хлопков и шума можно было оглохнуть! Пламя озаряло половину неба, а вторую половину неба устилал дым.
В первый день сражения армия Чжэна взяла верх. Ши Лан получил тяжелое ранение, в то время он командовал с верхнего этажа корабля, первая пуля пролетела мимо него, чуть не задев его. Вторая пуля попала ему прямо в глаз, от дикой боли он упал на палубу и пролил много крови. Однако он немедленно поднялся на ноги и сказал подчиненным: «Я в порядке! Не падайте духом!». Ему наложили повязки, и он продолжил командование. Однако некоторые низшие командующие увидели, что главнокомандующий получил травму, а противник был так свиреп, потому они не решались продвигаться вперед и стали непрерывно отступать. Армия Чжэна окружила их, но, к счастью, командующие Лань Ли и Ю Гуаньгуан воевали, не щадя жизни, поэтому смогли защитить флотилию кораблей от хаоса.
Ши Лан сильно разгневался и хотел разрубить пополам тех трусливых офицеров и генералов. Увидев, что все упали на колени, прося пощады, он передумал. Он наградил Лань Ли и Ю Гуаньгуана и сказал: «Если каждый будет бояться за себя, то как же продолжать этот бой? Нам нужно объединить все усилия, только тогда будет толк». Он изменил свою военную тактику и на следующий день опять отправился на разведку во вражеский табор. Когда обе стороны снова вступили в бой, битва была все такой же ожесточенной, но цинская армия теперь проявила уверенность и дерзость, их сила и энергия подавили противника. Командующие стояли впереди, они не отступали даже в случае ранений, а некоторые из них погибали на месте. Битва продолжалась с утра и до полудня, в конце концов армия Чжэна не выдержала, Лю Госюаню осталось только отступить на Тайвань вместе со своими людьми. Цинская армия сразу же заняла архипелаг Пэнху.
Ши Лан увидел, что армия Чжэна утратила решимость и сразу же послал людей к Лю Госюаню, убеждая его капитулировать. Лю Госюань был сообразительным, он уже давно знал, что Чжэн Кэшуан не справится, и не хотел рисковать своей жизнью и имуществом. Он отправился к Чжэн Кэшуану и подробнейшим образом разъяснил ему ситуацию, а также сказал, что династию Цин в одночасье не пошатнешь, лучше уж не продолжать. Чжэн Кэшуан подумал: контроль над армией находится в руках Лю Госюаня, если он решил не продолжать бой, то сам он ничего не сможет поделать, потому и согласился. И тогда для возврата Тайваня уже не было преград. Ши Лан вместе с армией высадился на остров и первым делом совершил поклонение в храме Чжэн Чэнгуна. Он обратился ко всем: «Я знаю, некоторые люди боятся, что я буду мстить семье Чжэн. Между нами действительно есть личная вражда. Но я четко различаю государственные дела и личные дела». Он произнес это со слезами на глазах. Люди поняли, что Ши Лан не будет сводить личные счеты, и успокоились.
Когда новость достигла Пекина, император Канси был так счастлив, что снял свою магуа4 и подарил ее Ши Лану. Он пожаловал Чжэн Кэшуану