а затем всё громче и громче. Пение было мрачным и заунывным, очень неравномерным, голос Демона то летел вверх, переходя в визг, то резко срывался вниз и как-то неоконченно зависал. Он чувствовал ненависть, которую вызывала в себе Марина, видел возникающие в её мозгу картины кошмарных пыток. Демон впитывал в себя эту ненависть до тех пор, покуда не наполнился до краёв. Пора было дать ей выход.
Быстро взмахнув ножом, он перерезал красную нить. Марине на мгновение показалось, что сахарница с углями вовсе не сахарница, а глубокое и смрадное озеро бушующего огня, над которым, уцепившись за чёрный трос, раскачивается вопящий от ужаса человек.
Зачерпнув зелёного состава из банки, Демон щедрой рукою бросил его в жаровню. Ритуальную комнату заполнили клубы дыма, чёрного и воняющего горелым мясом. После этого колдун, неожиданно прервав пение, перерезал чёрную нить. Фотография упала в жаровню, вспыхнув зеленовато-голубым пламенем.
Непонятная сила швырнула адепта на пол, и он забился в конвульсиях. Виделось ему, что присутствует он сейчас не у себя в квартире, а сидит в роскошнейшем "Мерседесе", плавно несущемся через ночь. Ремень безопасности врезался в толстый живот, приятно волновали воспоминания о двух недавних часах, проведённых у красивой семнадцатилетней любовницы. Нога давила на педаль газа, и мощная машина рвалась вперёд, обгоняя вереницы стареньких "Жигулей". Всё было очень здорово.
Но внезапно что-то произошло. Демон, а вернее, человек, которым он сейчас был, почувствовал гнилой страх, наползающий откуда-то изнутри. Улица превратилась в узкий тоннель со стенами, сотканными из тьмы. И по этому тоннелю прямо навстречу летели ослепительные огни, фары грузовика.
Нога бессильно дёрнулась, пытаясь нащупать тормоз – и вместо этого ещё сильнее надавила на газ. Толчок, хруст, и рулевая колонка влезает в грудь, к которой не так давно прижималась молоденькая любовница, и страшно до отупения, и свет, бьющий по широко открытым глазам. А в свете, суетящаяся Марина.
– Что с тобой? Демон, а? – спрашивала она, хватаясь за что попало и явно не зная, как следует в этой ситуации поступить. – Что-то не получилось?
– Получилось. – ответил колдун, уже вполне пришедший в себя. – Можешь отправляться за денежками.
– Он что, умер уже? Так быстро?
– Или скоро умрёт. Я видел. Я был им в этот момент.
– Бедный! – пожалела Марина своего друга. – Но ведь так же не должно быть? Если мы, колдуны, будем переживать всё, что делаем с жертвами, то повымираем, прямо как динозавры.
– Сигарету мне дай.
Марина прикурила Демону сигарету, и тот, с удовольствием затянувшись, проговорил:
– Не должно так быть, правильно. Однако есть. Такое впечатление, что кто-то в нашем районе манипулирует силой. У меня всё было здорово здесь настроено, а теперь вот развал какой-то.
– Завёлся другой колдун?
– Может быть. Но если так, то очень неопытный. Профессионал так гадить не станет – разве что он явный твой враг. К тому же, когда с полями силы всё наперекосяк, это плохо