только им, китовую песню. Дяньдянь резвилась в волнах, ныряя и выныривая, при этом всё время льнула к матери, нежно прикасаясь к ней. Это чувство было настолько удивительным, что океан стал казаться У Сяохао таким тёплым и уютным. Неожиданно её дочь пропала из виду, Сяохао подумала, что та играет с ней в прятки и, наверно, спряталась под ней. Однако оглядевшись вокруг, она не обнаружила дочери, её нигде не было. Тогда она закричала: «Дяньдянь! Дяньдянь!», и от неожиданности проснулась. Её муж в недоумении уставился на неё и, рассердившись, сказал: «Что с тобой? С ума сошла?»
Тем временем председатель Хэ Чэншоу поторапливал её усаживаться в катер, тогда встряхнув головой, она, наконец, пришла в себя. И поняла, что этот сон ей приснился, потому что в тот день они вместе с дочкой смотрели документальный фильм, в котором показывали жизнь горбатых китов и их родственные связи с их детёнышами. Этот фильм так растрогал мать и дочь, что на протяжении всего просмотра они просидели в слезах и в обнимку. И сегодня, увидев море, она вспомнила этот фильм и свой сон.
Для У Сяохао это было первая поездка на остров Сайдао. С самого начала, как только она переехала в Юйчэн 10 лет назад, её влёк и чрезвычайно интересовал этот остров площадью 1,8 кв. км, находившийся в 3,6 морских милях от берега. Люди рассказывали про его необычных жителей, якобы являвшихся потомками «людей с жабрами». У их предков были жабры, как у рыб, и они могли спокойно находиться в воде, дыша жабрами. Легенда гласила, что когда‑то в давние времена жители острова отказались платить налоги правительству и убили высадившихся на остров сборщиков налогов. Правительство послало войска, чтобы утихомирить мятежников, в результате чего было убито много островитян. Однако некоторые крепкие телом жители прыгнули в море, и, полагаясь на свои жабры, оставались под водой несколько дней и ночей, ожидая, когда офицеры и солдаты покинут остров. Затем они вернулись в свои дома. У Сяохао полагала, что как выпускник‑историк, она не должна воспринимать эту легенду всерьёз. Её учитель, профессор и археолог Фан Чжимин, из Института истории и культурологии Шаньдунского университета, чётко сказал: различные легенды и предания лишь дают зацепки для исследования, и только те из них, которые встречаются в литературе или подтверждены археологическими исследованиями, могут считаться историей. Поэтому во время работы НПКСК над составлением «Истории и литературы г. Юйчэн» У Сяохао нашла множество рукописей, содержащих предания и легенды о предках жителей острова Сайдао.
«Председатель, на этом острове действительно когда‑то жили люди с жабрами?», – повернувшись, громко спросила она. Волосы её растрепались на ветру, и она придерживала их одной рукой, при этом приоткрыв лоб. Хэ Чэншоу не ответил, он посмотрел на У Сяохао и на его широком смуглом лице промелькнула лёгкая улыбка. Затем он сказал, что в этот момент её лоб напомнил ему лоб дельфина, такой выпуклый и милый, что ему даже захотелось дать щелбана по этому лбу. А У Сяохао подумала: «Тебе и невдомёк, что тот щелбан, который ты мне уже поставил, был довольно‑таки болючий».
По мере приближения к острову неоднократно менялся его вид. С пристани Цяньвань его форма напоминала лежащую корову; когда немного отплыли от берега, остров стал похож на бурого медведя; но чем ближе они подплывали к острову, тем больше он становился похож на серовато‑зелёный холм. Уже можно было рассмотреть массивные серые скалы и растущие в расщелинах скал сосны и другие деревья.
Катер обогнул остров и причалил к берегу, на котором располагалась деревушка. Дома здесь, в основном, были из красного кирпича. К бетонной пристани были пришвартованы десятки рыбацких лодок. К каждой лодке были прикреплены бамбуковые ветки с листьями, которые рыбаки именовали «денежными деревьями». На пристани стояли мужчина и женщина и махали сидящим в катере.
Ли Яньми, начальник отдела инспекции безопасности, указывая на них, сказал: «Смотрите, Дачжао (досл.: Большое весло) и Дунфэн Данцзы (досл.: Гуляка Восточный ветер) приветствуют нас!»
У Сяохао спросила с недоумением, что за имена такие: Дачжао и Дунфэн Данцзы. Ли Яньми пояснил, что Дачжао – секретарь деревни острова Сайдао. И поскольку он очень умело орудует с лодки шестом, передвигаясь таким образом по воде, все прозвали его Ли Дачжао (досл.: Ли Большое весло). А шустрых, умелых, любящих волны людей, рыбаки называют Гулякой Восточный ветер, потому что когда дует восточный ветер, на море поднимаются волны. Ван Юйфэн, местный начальник, и есть Дунфэн Данцзы. У Сяохао подумала, какой же интересный и своеобразный рыбацкий язык, и как же он отличается от языка крестьян.
Когда они приблизились к пристани, водитель катера Сяо Сюэ поднял трос и бросил его Ли Дачжао, тот, протянув руку, ловко поймал трос и быстро закрепил его восьмеркой на кнехте. Ему около сорока лет, на его лице следы житейских невзгод. Закрепив трос, он протянул свою большую руку к катеру со словами: «Председатель У, рыбаки острова Сайдао приветствуют Вас! Добро пожаловать».
У Сяохао схватила руку Ли Дачжао, на дрожащих ногах переступила край катера и ступила на пристань. Сделать шаги она не осмеливалась и удивлённо сказала: «О, пристань тоже качается!». Ван Юйфэн протянула руку, чтобы помочь ей, и засмеялась: «Пристань качается, осталось только взять