из двигателей самолёта стал работать с перебоями. Помощник капитана одел парашют и, судя по ворвавшемуся ветру, выпрыгнул из самолёта.
– Я не могу поверить…– впала в отчаяние Оля.
– Не бойся, Энри тоже боится, – успокаивал её Коля.
– Нам нужно держаться вместе, – примерил парашют Саша.
Видя, что дело принимает серьезный оборот, недолго думая, мы последовали к двери самолёта. Бывшая там стюардесса помогла нам с парашютами. Увидев сквозь дверь самолета темную бездну, я вспомнил свой сон.
– А сны и вправду бывают вещие? – поинтересовался я у ребят.
– И что снилось? – спросила Оля.
–…Как я выпал из самолёта, и мне было предложено воспользоваться чемоданом-самолетом, – поведал я историю.
– Что? – переспросил Саша, не веря своим ушам.
– Если ты сам додумался, не стоит ссылаться на сон, – не воспринял меня всерьёз Коля, – мы поймём.
– У меня не хорошее предчувствие, – нервно заёрзала Оля. – Я же говорила, что мне кошмар снился, но вы не прислушались.
– Мне нужен мой чемодан, – попросил я стюардессу, решив не искушать судьбу.
– Ты серьезно ? – усмехнулся Коля.
Стюардесса приволокла чемодан. Достав белье, я в нем разместил калачиком свое туловище. Приятели мне вложили свое детское оружие, включая пистолет; разве что, Олин щит Чудо-женщины не вмещался.
– Не желаете тоже?… – спросил я компанию, наблюдавшую за мной с неподдельной интригой.
– Мы все не поместимся, – возразил Коля. – Мы уж лучше старым проверенным способом, – рассовал он одежду по бокам: – Хоть будет во что переодеться, если ситуация вдруг выйдет из-под контроля.
– А есть фонарик? – спросил я ребят. – Не люблю темноту с некоторых пор.
– Возьми…– протянул мне Саша смарт-часы. – У меня во всех странах ловит. На земле созвонимся.
– На созвоне, – одобрил я.
Вдруг заглох один двигатель.
– Быстрее…– подгоняла нас Оля.
Не успел я включить часы, меня упаковали в чемодан и вытолкали из самолёта.
– Погодите!…– набирался я отваги.
– До встречи на земле, мы за тобой!…– услышал я удаляющееся пожелание ребят.
…И я осознал внезапную невесомость. Ощутив рывок, я понял, что раскрылся парашют. Но из-за продолжения невесомости к своему невероятному везению я заподозрил, что парашют как следует не раскрылся, и я осознал свое вероятное падение. Вскоре меня сотрясли сокрушительные удары, в которых узнавался треск не то ветвей, не то моих костей. К своему удивлению, я остановился, так и не достигнув земли, болтаясь на зацепившихся стропах за ветви дерева на волоске от смерти, буквально между небом и землей. Так как укутанная вещами моя голова была прижата к коленям, сотрясение её обошло стороной, чего нельзя было сказать о плечах и спине, которые болезненно ныли. Я попытался по часам дозвониться к приятелям, но связи не было. Тупым мечем Оли я отодвинул веревки и высунулся. Дышать было тяжело как в высокогорье, …хотя их по дороге не