пилотирования пилот протянул мне бокал виски. Восемь часов полета прошли хорошо. С моим ростом метр восемьдесят пять, сидеть в эконом классе было так же удобно, как и передвигаться гуськом, но я мужественно выдержал все натиски судьбы. А кто сказал, что это будет легко? Рядом со мной сидела китайская семейная пара, мне понравились эти ребята, особенно во время обеда, китаец протянул мне свой кусок курицы. Без отказа я принял дополнительный к моему, кусок курицы. -Се-се, сказал я ему. Что означало по-китайски «Спасибо» Через проход от меня, периферийным зрением я увидел женщину, которая пристально следила за добрым жестом китайца, повернувшись к ней, я спросил: -Что? Она фыркнула, затем тихо сказала: -Мусульмане, они такие, и продолжила поглощать остатки еды на своем подносе.
Как только самолет коснулся посадочной полосы, люди повставали со своих мест и стали одеваться. Мы с китайцами смотрели на всё это со стороны, я был уверен, что лечу туда, где люди-люди, а не бегущие муравьи. Самолет приземлился в аэропорту Шереметьева. Мы попрощались с китайцами, я пожал руку стюардессе в белых перчатках, мне очень хотелось знать, они такие же мягкие как мои варежки. На деле оказалось всё не так, как я себе представлял, это был тонкий кусок белой, узорчатой, хлопковой ткани. Аэропорт Шереметьево оказался довольно-таки большим по сравнению с тем, откуда я вылетал. Куча яркой, красивой, мерцающей рекламы, пока я спускался на эскалаторе в зону выдачи багажа, я поразился тому, как можно создать рекламу, обычных влажных салфеток с такой периодично-меняющейся, переливающейся картинкой. Для меня всё это было в новинку. А проходящий мимо дворник, даже не взглянул на огромный баннер с новой моделью Лады. Лада – это машина, которую нарисовал пятилетний мальчик Женя.
У меня одного есть переживания, за то, что мой чемодан пока едет по ленте, может не доехать до меня, чемодан перепутает какой-нибудь мужик, старик, старуха, приняв его за свой и спокойно выйдет из аэропорта? Хоть все чемоданы и похожи, впредь обмотаю его скотчем или привяжу к нему крест, ведь вампиры бояться крестов. Дальше мой путь пал на то, либо сесть на такси и в пробках смотреть Москву с окна заднего сиденья Хендай Солярис, либо сесть на Аэроэкспресс и напрямую домчать до Белорусского вокзала, без пробок. Сел на Аэроэкспресс и уже через сорок минут был на Белорусском вокзале.
Маленькие колёса моего чемодана с трудом тащились по тротуарной плитке перрона. Белорусский вокзал оказался куда хуже, чем я себе его представлял. На стенах кое-где облезала штукатурка и постсоветская покраска уже никуда не годилась, вблизи здание казалось ветхим и безвкусным, а вот с далека ещё можно было полюбоваться его архитектурным строением, теперь понятно почему люди так быстро в него заходят и так быстро от него уходят. На самом деле если брать в расчет любой вокзал России, то с радостью хочу заявить, что действительно, оттуда хочется поскорее уйти, быть может у них плохая аура? Или всё-таки стоит позвать батюшку, чтобы освятить этот железнодорожный храм прощаний, слёз,