Глебов тихо посапывал на столе.
– Сашуля, пора вставать, – Ольга присела рядом и, взлохматив волосы Глебову, обняла его за шею, – наш мальчик напился?
Собеседник продрал глаза и, увидев Ольгу, склонил голову ей на плечо:
– Ага.
– У-у-у-у, какой кошмар! – Ольга отстранилась. – А зубы со вчерашнего утра не чистил?
– Ты бы его еще про душ спросила, – съязвил Иваныч, копающийся в аптечке, принесенной Светой.
– Ну, кто его знает, может, душ он где и принимал. А ты, Сашка, откуда такой красивый?
– Из кабака, – икнул Глебов, – со встречи сокурсников.
– Вот видишь, Юр, а ты говоришь, у него провалы в памяти. С добрым утром, Ваше величество! – улыбнулась Светлана.
– Бонжорно, сударыня, – ответил Саша, подняв на секретаря узкие щели вместо глаз.
– Так, имодиума нет! Только фестал и активированный уголь, – Васильев безнадежно рылся в аптечке.
– Вам, мальчики, надо что-то делать: одному таблетки найти, а второму или «орбитом» закидаться, или, что еще лучше, зубы почистить, – Светлана, приготовив себе и Ольге кофе, присела за стол рядом с Глебовым.
– Не вопрос, – ответило его полумертвое тело, сладко посапывая на столешнице, – только кто в аптеку пойдет? Я не в состоянии…
– Я тоже, – испуганно добавил Васильев.
Девушки переглянулись и расхохотались.
В этот момент дверь приоткрылась, и в кухню просунулась вихрастая голова Алексея Тробченко, местного компьютерного гения и по совместительству менеджера по продаже земельных участков.
– Что за совет в Филях? – улыбнулась голова.
– Посторони-и-и-ись!!! – вдруг проревел Юрий Иваныч и со скоростью выпущенного ядра протаранил дверь, а вместе с ней Лешу. Раскинув руки, менеджер отлетел на несколько метров в коридор и рухнул навзничь. Света и Оля застыли с поднятыми чашками и открытыми ртами, в остолбенении уставившись на распростертое на полу тело. Даже Глебов встрепенулся и с неподдельным интересом выглядывал из-за спин барышень, наблюдая за процессом возвращения менеджера из горизонтального положения в вертикальное. Тробченко, еще не до конца пришедший в себя от неожиданного полета, сел на полу и, потирая ушибленную при приземлении спину, с ужасом и удивлением таращился вокруг. «Леха, прости!!! Леха, ты жив?! Не молчи!!!» – надрывался из туалета Васильев. Менеджер с округлившимися глазами повернул голову и уставился на дверь, из-за которой по-прежнему доносился ужасающий вой: «Леша, я не специально!!! Подай голос!!! Прости меня!!!»
– Может, мне кто-нибудь объяснит, что происходит? – наконец-то выдавил из себя Тробченко. «Он жив!!!» – тотчас раздался из-за двери победоносный вопль. Алексей вытаращил глаза:
– Что за сумасшедший дом?!
Тут наконец-то Светлана с Ольгой опомнились и кинулись к нему с причитаниями: «Как ты, солнце? Не ушибся? Голова цела?» После чего совместными усилиями двух чаровниц менеджер был поставлен на ноги и препровожден на кухню, где его ожидало еще одно незабываемое зрелище в виде неформатного бесцветного пятна с мутными