канцелярским клеем на подушечках пальцев. Да и слово «запылалась» резануло слух.
Лиза заметила ее реакцию:
– В чем дело?
– Просто подумала, что для того, что ты перечисляешь, больше подойдут живые цветы. Не очень-то я бы обрадовалась, если бы кто-то подарил мне пластиковый букет.
– Ты просто не видела, которые мы делаем.
Лиза достала телефон и стала показывать «которые они делают». Впечатления на хозяйку дома это не произвело.
– Они никогда не завянут, с водой не нужно заморачиваться. Можно при желании отгрохать себе целый вечноцветущий сад, – не унималась Лиза.
– А запах? – вставила Анна.
– При желании и это можно. Устанавливаются маленькие коробочки с ароматизаторами, – Лиза жестом показала насколько они маленькие, мол, никто не заметит подвоха, – Знаете, это забавно. Я тут подумала. Мы с Аней занимаемся почти одним и тем же – копируем жизнь.
– Я пойду, проверю кекс.
Она не могла поверить, что ее дело сравнили с такой безвкусицей. Открыла духовку – на этот раз кекс испекся. Вынула форму, перевернула ее на блюдо, подняла. Кекс распался комками, как неудавшийся кулич в детской песочнице.
«Нет. Так не должно быть» – захныкала Анна, как маленький ребенок. Вечер становился все хуже и хуже.
Она придвинула распавшиеся части друг к другу и накрыла их формой, будто бы это могло их склеить.
В этот момент на кухню влетела дочь. Она взяла из холодильника бутылку воды и два банана.
– Ань, Маша пришла? Идите обе к нам, – послышался голос мужа из гостиной.
Анна посмотрела на дочь. Все ее лицо было в больших красных прыщах, некоторые из которых покрывали желтые гнойные шапки.
– Что у тебя с лицом? Что за сыпь?
– Издеваешься? Я хожу так уже несколько лет! Не помню уже, когда у меня было нормальное лицо! Я же просила сводить меня к косметологу, сто раз просила!
– Не кричи. Потом поговорим об этом. У нас гости. Иди, замажь тональным и садись за стол.
– Врунья! Не буду я ничем замазывать, поняла? – разозлилась Маша.
Она вбежала по лестнице на второй этаж и захлопнула дверь своей комнаты.
Анна хотела пойти за дочерью, но из гостиной опять раздался голос мужа, а перед ней к тому же лежал по-прежнему расклеившийся кекс.
– Рас–кле–ив–ший–ся, – произнесла Анна по слогам.
Она забегала по кухне, обыскивая шкаф за шкафом, ящик за ящиком, пока не нашла его… На банке был нарисован человек с малярной кистью. Анна взяла кисть для выпечки. Толсто промазывая сломы, все же склеила между собой куски. Затем покрыла незадачливый кекс шоколадной пастой и грецкими орехами. Выглядело, будто при его приготовлении не было допущено ни единой погрешности. Анна взяла блюдо и понесла в гостиную.
– И все-таки, если вернуться к теме цветов, – говорила Анна, попутно разрезая и раскладывая по тарелкам свое изделие (оно пробыло целым всего секунд десять, но этих десяти секунд было достаточно, чтобы произвести на гостей впечатление), – ты не сможешь полностью