Призраки парка Эдем. Король бутлегеров, женщины, которые его преследовали, и убийство, которое потрясло Америку 1920-х
на выплаты, отражавшие его успехи: $50 000 единовременно, $25 в неделю в качестве алиментов и $30 000 в трастовый фонд на имя их дочери Ромолы. После этого он навсегда съехал из их дома, предоставив Имоджен возможность защищать его в прессе.
– Он истинный джентльмен, – утверждала она. – И все, что говорит его жена, ложь. В этом проблема нынешних жен: они не знают, как обращаться со своими мужьями. Не держите мужа на коротком поводке, отпускайте куда захочет… и он никуда не денется.
Возмущенная Лилиан выступила с заявлением. Она сообщила журналистам, что Римус несколько раз порывал с Имоджен, приказывая ей убираться из конторы и его жизни. Но Имоджен преследовала его, целыми днями хвостом увивалась за ним по Кларк-стрит, заглядывала в окна по ночам, угрожала пистолетом и твердила, что они с Римусом предназначены друг для друга.
С новой невестой, новым домом и будущей падчерицей Римус в очередной раз принялся обустраивать свою жизнь, отбрасывая те детали прошлого, которые, по его мнению, не годились для его нового будущего. Проводя заодно переучет своих карьерных достижений, он обнаружил, что в списке назначенных к слушанию судебных дел появился новый тип подзащитного: обвиняемые в нарушении закона Волстеда[6]. Закон был ратифицирован в январе 1920 года для реализации Восемнадцатой поправки к Конституции США. Поправка запрещала производство, продажу и транспортировку спиртного внутри страны, а также импорт и экспорт алкоголя. Римус считал закон неразумным, нецелесообразным и практически неисполнимым, и клиенты подтверждали его правоту, получая умопомрачительные доходы от того, что он называл “мелким карманным бутлегерством”. Они выплачивали ему гонорар сразу же, наличными, раскладывая веером купюры по столу, и никогда не жаловались на штрафы, налагаемые судом, независимо от их размера. Римус обнаружил, что единственным серьезным неудобством в жизни его клиентов, “так называемых лучших людей”, были трудности с добыванием хорошего виски. Он пришел к выводу, что подобные потребности, вероятно, испытывает вся страна и что если уж его клиенты – “люди совсем без мозгов” – преуспевали в решении этой проблемы, то сам он “имеет шанс сорвать большой куш”.
Планируя крупномасштабную операцию, Римус прошерстил закон Волстеда и отыскал лазейку в 6-м параграфе II раздела: по рецепту, выписанному врачом, разрешалось вполне законно покупать в аптеках и использовать алкоголь для “медицинских целей”. В привычной цветистой манере он назвал это “величайшей комедией, величайшим извращением правосудия, которое я когда-либо встречал в цивилизованной стране”. В голове его оформился план. Будучи лицензированным фармацевтом, Римус обладал необходимыми знаниями, чтобы поставить закон себе на службу в масштабе всей страны. Как адвокат, защищающий преступников, он мог проникнуть в образ мыслей и махинаций представителей преступного мира. Как убежденный трезвенник – умел взглянуть объективно на торговлю спиртным. А как авантюрист – жаждал острых ощущений и азарта, мечтал обставить