ночь он просидел на кровати, думая о том, мог ли он что-то сделать, чтобы этого не произошло. Впервые он задумался о том, говорить ли о случившемся маме. Раньше у него не было секретов. Но теперь он даже не знал, что безопаснее: рассказать или умолчать. Завтра родители Жана получат карточку с номером, и все станет ясно.
На следующий день Поло явился на работу. Он точно знал, что никто не обратит внимания на то, что Жана нет. А точнее, все сделают вид, что все нормально, и ничего особенного не произошло. Но он не был уверен, что не придут лично за ним. Этого не произошло. Поло думал об этом. В управлении точно знали, что он был там. Знали ли они, что он видел, как убивают Жана? Об этом можно было только догадываться. Но они хорошо знали еще одну вещь. То, что поведением в Натюрине руководит страх. Потому делать ничего не нужно было, все было сделано заранее.
В этот день Поло опять должен был ехать на то же место, что и вчера. Он долго стоял, глядя на экспериментальный участок. Еще вчера рядом был Жан. Было тяжело осознать, что здоровый молодой юноша может так легко исчезнуть. Остались ли еще в Мертвом городе люди? Поло опомнился только через пару часов, что ему нужно сделать работу. Ему пришлось работать за двоих, потому он просто не успевал и некоторые цифры поставил наугад, считая половину, а то и четверть участка.
Вернувшись в управление, он опять увидел, как дядю Беню отчитывают. Бенедикт выглядел перепуганным и грустным, и со стороны вызывал жалость. Поло оставил документы и возвращался обратно, когда увидел, как выходит начальник Бенедикта. В этот момент Поло мельком увидел лицо дяди Бени, искаженное злобой. Оно было пугающим и одновременно, казалось, выражало несчастье. По непонятной для себя причине Поло подумал, что несчастье его руководителя похоже на его несчастье, и что они с ним в одной лодке. Это как будто сблизило Поло с Бенедиктом.
Возвращаясь домой на поезде, Поло думал о том, говорить ли маме о случившемся. Глядя в окно, он вдруг увидел мужчину, похожего на отца. Его сердце опять начало щемить, как вчера, как тогда, когда исчез отец. Если бы он только знал, что с ним случилось! Он не знает, но он знает, что случилось с Жаном. И какой-то внутренней чуйкой он чувствовал, что это верно и правильно, что это честно – рассказать родителям, что случилось с их сыном. Но сухой разум говорил ему молчать, потому что так безопаснее для всех. И перед его глазами промелькнула фигура Бенедикта. Он ему показался близким не потому, что он такой же несчастный, а потому, что он такой же трус. «Трус» – прозвучал голос Жана где-то далеко в сознании. Так далеко, что Поло тут же заглушил эту мысль, которая, как червячок, пыталась пробраться наружу. Но Поло его не выпускал, оставив съедать его изнутри. Выпусти Поло этого червячка, он мог превратиться во что угодно: хоть в жука, хоть в бабочку, хоть в неведомого монстра. Неизвестность пугала его, а с этим червячком он уже знаком, хоть он и создавал болезненные ощущения.
За ужином Поло почувствовал одну странную