сказал Поло, наблюдая, как ботинки начали сиять, – работает! – прокричал мальчишка и подпрыгнул от радости. В этот момент в комнату вошел папа. Он с удивлением смотрел на Поло и на машинку.
– Папа, – тихо произнес Поло, глядя на отца. Он замешкался, затем наклонился, отключил машинку и опять посмотрел на папу.
Папа еще минуту смотрел молча, глядя то на Поло, то на машинку. Потом он подошел ближе и поднял тетрадь с записями и чертежами. Папа пролистывал ее, когда в комнату зашла мама. У Поло опять колотилось сердце, только теперь от страха.
– Рома, – мама взяла папу за плече, и пыталась заглянуть ему в глаза. Тот повернулся только когда пролистнул всю записную книжку.
– Оставь нас, надо поговорить, – сказа он ей.
Мама сопротивляться не стала и вышла из комнаты.
– Присядь, – сказал он Поло, указав на стул у рабочего стола.
Поло покорно сел на стул. Папа взял другой стул и сел напротив, уложив посреди стола записную книжку.
– Что это, Поло? – спросил папа.
– Это… – Поло подбирал слова. – Это моя мечта.
– Почему ты так решил?
– Потому что… Потому что у меня много идей и они постоянно приходят ко мне, они будто преследуют меня.
– Поло, ты же знаешь, где мы живем?
– Да, папа, – ответил мальчик, потупившись на записную книжку.
– Знаешь, чем здесь занимаются?
– Да, папа, – Поло не поднимал глаз. Ему было страшно. Страшно не потому, что папа будет ругать или кричать. Ему было страшно, потому что он знает, что рушится его мечта, и он не знает, как ее защитить.
– Знаешь, что в уставе написано про машины?
– Да, папа.
Устав города дети начинали учить еще до поступления в школу. Там было написано, что любые механические средства закупаются и сдаются на утилизацию в Технополис. Что механизмами на топливе имеют право пользоваться только люди с особым разрешением. Что Натюрин и его жители всецело отдают себя служению природе и сводят к минимуму использование любой техники, особенно той, которая загрязняет природу. И Поло это хорошо знал.
– Ты знаешь, чем ты должен заниматься?
– Но я не хочу, – Поло решил сделать попытку защититься, – а если… – он замялся, – если я перееду? – он посмотрел на папу.
– Ты зарабатываешь деньги?
– Нет, – Поло опять перевел взгляд на записную книжку.
– Ты можешь себя прокормить?
– Нет, – у Поло на глаза набежали слезы.
– Собери все в ящик и принеси мне, – сказал папа, забрал записную книжку и вышел из комнаты.
Когда он закрывал дверь, слезы уже катились по щекам Поло. Он взял ящик и стал все собирать в него, отчаянно рыдая. Это было ужасно больно осознавать, что он никогда не сможет заниматься тем, чем действительно хотел. Каждая вещь, которую он укладывал в коробок, была ему безумно дорога, ведь