братья.
– Сейчас! – крикнул Вивер и кинулся вперёд с метательными ножами в обеих руках.
Габриэль побежал за ним, не обгоняя. Ему хотелось посмотреть, что он сможет сделать этому гигантскому симбиозу ящерицы и крота с элементами сороконожки.
Сигвил заметил бегущего на него моркута, оскалился, схватил зубами оставшуюся часть борда и стал жевать её.
«Не принимает он тебя всерьёз» – улыбнулся вампир.
Когда до монстра осталось около десяти метров, монах кинул ему в морду ножи и – не снижая скорости бега, – вытащил из-за пояса свои длинные кинжалы.
Чудище взревело. Один из ножей воткнулся ему чуть ниже носа, другой в глаз. Они не причинили особого вреда, но разозлили его и заставили побежать на обидчика.
Последний увернулся от бегущего на него «поезда», подпрыгнул и стал быстро крутиться в воздухе, нанося раны мчащемуся мимо него монстру. Тот резко развернулся и лязгнул зубами возле «жалящей» его юлы.
«Крут парень» – похвалил Вивера подбежавший к ним вампир и поднял руку, ударив в морду сигвила широкой голубой струёй.
В следующую секунду он уже болтался во рту у кротоподобного чудища, чувствуя сильное давление мощных челюстей и острых зубов.
– Они устойчивы к холоду! – сказал моркут. – Их нельзя заморозить!
– Спасибо, что предупредил заранее! – ответил ему Габриэль.
Монстр выплюнул его вверх и озадаченно посмотрел вслед. Он не мог понять, почему у него не получилось прокусить это хилое существо. Рыцарей-громил в металлических доспехах он разрывал на части почти также легко и быстро, как магов в балахонах.
Вампир взлетел над лесом и окинул взглядом местность.
«Хороший аттракцион, – улыбнулся он. – Я бы ещё пару раз так взлетел»
Вивер тем временем запрыгнул сигвилу на шею и стал быстро втыкать в неё кинжалы. Чудище тут же опрокинулось на спину и чуть не придавило вовремя испарившегося куда-то моркута.
Габриэль приземлился неподалёку от них и сразу увидел последнего. Они находились с разных сторон от снова стоявшего на лапах сигвила. Монстр издал низкий утробный рык и понёсся на монаха.
– Наноси больше ран! Надо вызвать большую потерю крови! – сказал тот, ныряя под чудище и снова превратился в «жалящую юлу».
– Зачем потерю? Это же мой ужин, – проговорил вампир и запрыгнул на крота луна.
Он пробежал по его спине к голове и изо всех сил ударил кулаком в место, которое посчитал затылком. Его рука пробила череп и погрузилась в тёплую жижу.
Сигвил плюхнулся на живот и задрыгал конечностями.
– И не нужно много ран! – улыбнулся Габриэль, спрыгнув на землю.
– Офигеть! Ты пробил его! – подбежал к нему моркут. – Вот ты даёшь! Зачем ты это сделал?
Восхищение, быстро перешедшее в укор, озадачило вампира.
– В смысле: зачем сделал? – спросил он. – Мы что не хотели его убивать?
– Но не так же! Их череп сверхпрочный! Все об этом знают. Никто