не требовалось много сил. У меня даже остались остатки печенья, что не подошли на продажу.
Достав из морозильной камеры склада сливочное масло, сгущенное молоко, я прошла дальше по полкам, беря печенье и какао-пудру. Вернувшись на кухню, я поставила небольшую кастрюльку с водой на конфорку, и саламандра сразу поняла, что нужно сделать водяную баню.
Положив в стеклянную миску сливочное масло, чтобы слегка его растопить, я начала отмерять нужное количество оставшихся ингредиентов. Когда масло подтаяло до нужной мне консистенции, я добавила в него полкружки сгущенного молока. Взяв вилку, я начала перемешивать смесь до получения консистенции мягкого крема.
Дальше мне нужно было получить песочную крошку, и я положила печенье внутрь пакета, и начала раскатывать его скалкой, чтобы раскрошить его посильнее. Закончив, я всыпала получившуюся крошку в смесь из масла и сгущенного молока и начала вымешивать готовое тесто. Оно получалось липким, но приятным на ощупь.
Получившееся тесто разделила на маленькие шарики, покатав их по доске. Они получились достаточно милыми, но стоило их немного повалять в какао и отправить в морозильную камеру. Закончив и убрав свои маленькие конфетки, я подошла вновь к Салли, которая умудрилась задремать от скуки, и разбудила её, чтобы еще раз воспользоваться её услугами.
Поставив чайник на огонь, я присела ненадолго на стул, но тут же встала, снимая после свиста воду с плиты. Налила себе чая, но подумав, добавила еще одну кружку, после чего принесла готовые пирожные и чай на стол. Усевшись за него, я обратилась к посетителю.
– Не стой в коридоре, проходи уже, – сказала я и кивнула на второй стул, который стоял напротив.
– Давно ты поняла, что я здесь? – ухмыляется Деус, плавной походкой приближаясь ко мне. Я не была удивлена, что он пришёл ко мне именно сегодня, и просто смирилась с этим.
– Давно, Салли сообщила, – пожала я плечом, отпивая свой чай. – Заплати, кстати, за коммунальные услуги. Я на мели.
Я шутила без интонации, не думая, что он меня поймёт, но, услышав ответ, я чуть не подавилась.
– Заплачу, – он уже сел на стул и смотрел пристально своими светлыми глазами, заставляя меня отводить взгляд, лишь бы не вспоминать, что нас связывало. – Твои питомцы ссорятся. Тебя это не волнует?
Я помотала головой, закидывая после конфетку в рот. Вышло вкусно.
– Они – не со зла, я же понимаю, – сказала я тихо.
– Ты сегодня необычайно грустна, – берет меня за руку Деус, а я хочу убрать его ладонь, но он крепко держит её, не выпуская меня из железной хватки. – Ты боишься заснуть сегодня?
Я дернулась и опустила взгляд, чувствуя, что вместо сладости, я ощущаю на кончике языка горечь. Отпив чая, я вскидываю взгляд розовых глаз и смотрю прямо в голубые.
– Да, боюсь. Ты знаешь, что я вижу во снах, но каждый год спрашиваешь это. Не надоело?
– Нет, ты думаешь о нем? – спрашивает серьезно он, а я вскидываю бровь, считая, что он издевается. Как он смеет спрашивать