того, что более интересное занятие так и не придумано.
Выбравшись из оков мыльной воды, Святослав включил душ и сидел под ним долго, чтобы взбодриться. Когда это не помогало, он снова бил себя канцелярской резинкой. Надо делать что-то дальше.
Оставляя на полу мокрые следы, парень добрался до спальни. Кровать соблазнительно звала в свои объятия, укутывая в мягкий плед и напуская дремоту. Избавившись от этого наваждения легкими хлопками по щеке, Святослав схватил свою одежду. Натянув штаны, закрепив их для надежности ремнем. Пришлось прорезать новую дырку, чтобы застегнуть их без риска потерять. Осталось сделать выбор в пользу рубашки или футболки. Толстовка безоговорочно должна остаться. Холодно. Очень холодно.
Так же скучно, как все эти манипуляции, что происходили последние пару часов, проходила его жизнь или существование в этой кофейне, из которой он не хотел уходить, надеясь познакомиться с разными люди в этом городе. Что они сами придут, улыбаясь и радуясь, как дети, которые в предвкушении разворачивают подарки под елкой, украшенной мишурой и игрушками. Шурша бумагой и примеряя бантики, добираешься до заветной коробки.
Все это происходит в темной гостиной, которая переливается разными цветами, где гирлянды бросают на стены и пол свои праздничные огоньки, сопровождая тихой мелодией.
Стеклянные игрушки, что свисают с мощных еловых лап, дрожат, когда коснешься их кончиками пальцев, и дергаются, стоит только случайно задеть их, грозясь упасть и разлететься осколками по всему полу. Взрослые тебе рассказывают сказки, что все эти стеклянные зверушки кружат хороводы, прыгая с ветки на ветку, пока все спят. И затихают, стоит только кому-то появиться и потревожить их веселье.
В какой-то миг Святослав почувствовал фантомный запах ели, который не могли дать искусственные заменители. Когда мысли развеялись, перед глазами все равно прыгали разноцветные точки от гирлянд, будто очень долго на них смотрели.
Тик-так. Время делало свой ход, пока секундная стрелка не замедлилась. Как будто невидимая леска сдерживала часовой механизм, парень стал в такт дергать головой. В ушах раздавились щелчки. Обхватив себя руками, Святослав пытался успокоиться, но нервный тик провоцировал боли в шее.
Вцепившись пальцами в спутанные волосы, он потянул, что было сил в руках с недостаточной мышечной массой, не боясь, что так можно образовать залысины. Святослав хотел биться головой об стену. Его останавливала боязнь потерять сознание.
Щелк-Щелк. Голова подчинилась, принимая нормальное положение. Секундная стрелка издевательски дернулась в последний раз и стала, как пропеллер крутится в обратную сторону.
– Нет, нет, нет! – завопил хозяин кофейни.
Он пытался дотянуться до часов, но ему не хватило роста. За стулом придется спускаться на первый этаж. Решение, как только беглый взгляд пробежался по комнате, пришло само собой.
С грохотом была передвинута тумбочка для того, чтобы дотянуться до издевающегося механизма.