или ранили, становятся носителем яда от заклятия вэйци и превращаются в слуа, – мрачно закончила Шейн.
Она резко встала со стула и, взглянув на свои карманные часы, которые были прикреплены к золотой цепочке, рыкнула :
– Ты! Поднимись! А теперь, выметайся отсюда! На сегодня – всё!
Анабель в глубоком потрясении уставилась на учителя. Она не понимала, почему посол была так строга, а речь Шейн интонационно-холодно менялась чаще, чем у самой смертной. Решив, что со временем Белль разберется с характером учителя, она быстро поднялась и выскочила за дверь комнаты.
Глава 8
Двое стражников сопроводили её обратно в замок. Они молча шли по дороге и не отвечали на безуспешные попытки девушки завести разговор, оставляя в снегу глубокие следы от потертых сапог. Одетые с ног до головы в черное, мужчины были чем-то похожи на наемных убийц. На фоне ослепительно белого покрова, лежавшего на крыше замка и на земле, стены зданий казались сумрачными, а окна темными. Каменные тропинки, в крошеве талого снега, образовывали маленькую сеть каналов, наполненных ледяной водой. Небо, как ни странно, оставалось ясным, а воздух наполнялся искрами, похожий на блестящий пар и оседал на землю ярким лучом солнца.
Анабель провели по готическим коридорам и оставили возле входных дверей в столовую. Толкнув рукой массивную двухстворчатую дверь, она медленной поступью вошла внутрь.
Белль увидела, что помещение украшал балочный потолок и деревянная мебель с орнаментом – “масверк”12. Стены были двухуровневыми с панелями внизу, а черные обои с геральдическим узором13. На потолке висела огромная люстра из мурманского стекла, служившая единственным источником света в комнате. Разбросанные по комнате книги совершенно не подходили атмосфере трапезы. Они стопками валялись прямо на натертых до блеска полов и смешивались с застарелым запахом табака. Спасением этой комнаты были вышитые занавески из темного муслина, которые позволяли контролировать солнечное освещение и сохранять определенную уединенность.
Наследный принц сидел в самом центре столовой, расположившись за длинным дубовым столом. В руках он держал потертый фолиант, а на страницы книги падали его заплетенные косички, скрывая лицо Кассиана от гостьи.
Еда уже была накрыта на столе. Всевозможные яйца пашот, мясные и сырные нарезки, брускетты – служили для девушки единственным украшением зала. Из блюд тянул горячий дымный аромат, в значительной мере опровергавший её безрадостные опасения по поводу еды этого мира. Когда же дымящееся яства очутились перед ней, загадка разрешилась самым восхитительным образом.
Анабель молча прошла вперед и села подальше от принца, дожидаясь, когда тот заметит её присутствие.
Видя, что на нее не обращают внимания, Белль накинулась на еду. Она давно нормально не ела, оттого с наслаждением уплетала всё, что было представлено перед ней.
– Милая, я смотрю ты проголодалась, –