незадушенный пофигом муторный слог.
Есть красивости, в виде разбросанных парков и скверов,
Где юлят над прекрасным стрекозы с т. д. мотыльков и шмелей.
Исчезающий август блефует без солнца заоблачной верой,
С наседающим остовом тучных седых кораблей.
Где-то снулый сентябрь представляет пожухлые кроны
Чем-то вроде билетов до станции «Ша! Подытожь».
Так и сыплются из поднебесья вороньи уроны,
И спешит окропить всё доставшее реденький дождь.
Объясни, нет-нет – не объясняй
1
Объясни… нет-нет, не объясняй —
Как всегда заботы и дедлайны,
Вызревший на грядках урожай,
И души потёмкинские тайны.
Вразнобой порывистость ветров,
Жизнь на все четыре рвёт и мечет.
Дудка у'тра, где всегда готов!
Хрипнет от усталости под вечер.
Сон тяжёл. Бессонница легка,
Скатертью дорожка в лунном свете.
Мысли. Подбородок и рука —
И сквозняк о промелькнувшем лете.
2
Выцветают деревья устало,
Их мурыжат незлые ветра,
На лугу мотылькового бала
Сходит летнего жара пора.
Выгорает пейзаж до оттенков,
Да и нет размывает туман.
Где снимают с варения пенки,
Там любовь доведут до ума.
До темна, урожая, итогов,
До прохлады, до лучших времён,
Упиваясь дождливою тогой,
Тучевых сероватых кулём.
Край закатного неба расхристан,
Розоватой кровит полосой,
Вот и август почти перелистан
Чьей-то призрачно-вечной рукой.
Перебираешь дождь – струна к струне
Перебираешь дождь – струна к струне,
Оркестр стих. Натренькиваешь соло.
Так пропадает радость на войне,
Когда не жгутся факельно глаголы,
И позитив ссылается в минор —
Пусть грусть светла, но всё ж она
сурдинна,
Провинциальный замолкает хор,
Пока рыдает ливень о старинном,
И ты шаманишь в тему – три струны
На трёх аккордах в соснах потерялись…
Аукаешь и видишь, что с войны
Идёт победно солнце генералить.
Когда созреют яблоки в саду
Когда созреют яблоки в саду
Под солнцепёком летнего елея,
Тогда и я за умную сойду
И, может, до чего-нибудь дозрею.
Не стану бесшабашить по ветрам:
А ну как упадёшь с некрепкой ветки?
С отскоком по примятым зеленям
Укатишь далеко и неприметно,
Начнёшь задаром в жизни пропадать,
А то ещё и пнут по боковине…
Я лучше подытожу жизнь на пять
И застегнусь до самой горловины,
За пазухой нет места, под ребром
Ничем не беспокоят сожаленья,
Лишь