друг мой, потому что однажды я действительно повстречал агента из отдела «Дзета» и узнал от него кое-что про зомби. И это действительно произошло в баре, представляешь! Для меня самого случившееся стало полнейшей неожиданностью. Бывалого полевого агента, прошедшего огонь и воду, трудно, практически невозможно выбить из колеи. Агент, которого я встретил, был не в себе, буквально сам не свой. Нетрудно было догадаться, что бедняга только что пережил ужасную личную трагедию. Неважно какую, главное, что личную. Учитывая, откуда он, рискну предположить, что зомби на его глазах прикончили кого-то, кто был ему близок и дорог. Очень-очень близок и дорог. Это, кстати, напоминает твой случай, только твой кузен не был тебе так уж близок и дорог, как была бы, скажем, мать, да и навыки твои армейские помогли тебе не расклеиться, а у него видимо всё было по-другому и он не выдержал, сломался. К сожалению, и такое бывает. Наша работа балансирует на самой грани выносливости рассудка. Стоит покачнуться – и психика не выдерживает, происходит эмоциональный срыв.
Конкретно тот агент, о котором я говорю, пытался утопить горе в алкоголе, забыв, вероятно, что алкоголь не заглушает душевную боль и не заполняет внутреннюю пустоту, зато развязывает язык. Честно, мне очень стыдно и неудобно, но я тогда был значительно моложе, меня, как и тебя, одолевало любопытство, и я не удержался. Я подливал ему рюмку за рюмкой и не мешал распинаться про зомби, но довольно быстро мне пришлось об этом пожалеть, потому что я услышал то, что совсем не хотел бы услышать.
«У людей нет души, – непрерывно твердил напившийся агент и кивал на завсегдатаев бара, расположившихся вокруг нас. – Ни у кого из них нет души и у нас с тобой её тоже нет». Эти слова красной нитью тянулись через весь его рассказ, в который я отказывался верить. Ты сейчас, скорее всего, тоже не поверишь. А с другой стороны, зачем бы врать агенту, которого спьяну потянуло пооткровенничать?
Вкратце дело обстоит так. Есть три типа людей. Первый, основной тип, это обычные люди, среднестатистическая обывательская масса. Эволюционные потомки приматов, у которых нет и никогда не было собственной души, что бы там ни утверждали религии. Ведь нет же души у животных, от которых человек когда-то произошёл, полностью унаследовав от них это свойство. Отсутствие в людях души со всей отчётливостью демонстрирует нам феномен детей-маугли, выросших среди животных. Когда этих детей находят и возвращают в цивилизованную среду, никакая «душа» в них не включается и не превращает обратно в человеков. Они так и остаются животными, неспособными научиться говорить, неспособными пользоваться одеждой и посудой, неспособными спать на постели. Некоторые до такой степени привыкают передвигаться на четвереньках, что впоследствии не могут освоить прямохождение. Никто из детей-маугли не возвращается в человеческий облик, более того, сам факт пребывания в чуждом человеческом обществе является для них настолько сильным стресс-фактором, что они довольно быстро чахнут и погибают. Ещё ни один ребёнок-маугли