а пока все сводилось именно к этому. Неловкость ситуации усугублялась тем, что Керкмаль знал – за ними обоими следят и каждое его слово взвешивается и оценивается с точки зрения преданности. Оставалось уповать на то, что принц Джафар примет во внимание обстоятельства и Керкмаль не утратит доверия, а значит и выгодной работы, которая обеспечивала самого Керкмаля и всю его многочисленную родню.
Джиллиан ответила лукавой улыбкой.
– Вот, опять, сто процентная лесть, но мне нечего возразить – я тоже считаю профессиональный мэйкап искусством, даже волшебством, если хотите. Руки мастера творят чудеса. Фокусы «из дурнушки в красавицу» очень популярны в соцсетях.
– Согласен. Но это не все, что я мог бы сказать на этот счет, хотя сам далек от этой сферы деятельности, я только зритель.
– Тогда говорите, не думайте, что сможете меня обидеть, у меня нет комплексов, – Джиллиан не скрывала своего интереса, собеседник ей нравился все больше, особенно тем, что находил возможность продолжить разговор там, где уже, казалось и сказать было нечего.
– Превращение за счет макияжа – это ремесло. Но истинный талант мастера в том, чтобы не испортить более искусного мастера – природу. Подчеркнуть естественную красоту и создать совершенный образ. Такое видишь не часто. Но мне повезло…, – Керкмаль посмотрел на Джиллиан и опустил глаза, проклиная себя за последнюю фразу – можно было обойтись без нее.
– «Высший пилотаж, – похвалила его Джиллиан, хотя ни капельки не сомневалась, что и это тоже лесть, но высказана в такой изысканной форме, что придраться было не к чему. За такой намёк можно было похвалить, за комплимент – поблагодарить. Надо было определиться с тем, что же это. Керкмаль думал над тем, как можно было бы скрасить впечатление от комплимента, завуалированного под намек. Повисла неловкая пауза. Джиллиан Керкмаля «спасла», что было весьма кстати – никаких идей, как можно было удержать девушку, если она все же решится уйти, у него не было – креативный источник иссяк, не выдержав соревнования с Джиллиан. Она сделала ход, который снова был не по правилам. Не он ей, а она ему предложила:
– Вы не будете возражать, если я присяду? В моей стране говорят – «В ногах правды нет».
– Был бы счастлив… Простите меня, мисс Кистель, я не знал, как вы отреагируете и не рискнул снова показаться в ваших глазах невежливым, – Керкмаль не скрывал свою радость и она была искренней – девушка не ушла и его заслуги в этом, как он считал, не было. О причинах, по которым мисс Кистель сменила гнев на милость, он мог бы догадаться, но предпочел выбросить это их головы, искушения в его положении таили смертельную угрозу.
Конечные цели миссии оставались прежними. Легкая тень сожаления промелькнула и исчезла, растворившись в чувстве долга – Керкмаль знал, что никогда не предаст своего хозяина.
– «Она необыкновенная, но мне не следует забывать, зачем я здесь».
Джиллиан отвлеклась на посторонний звук, который доносился из другого зала,