глава семейства. – Но тяжелого ничего не поднимай, не переживай ни о чем, по телевизору смотри только мультики.
– Хватит говорить глупости, – Оля решительно встала с табурета. – Я не маленькая и сама знаю, что можно беременным, а что нельзя. Ты лучше своим пока не говори, и я своим тоже ничего не скажу. Пусть это будет нашим маленьким секретом.
– Боишься, что сглазят? – усмехнулся он, но возражать не стал, рано или поздно, но живот уже будет не скрыть.
Оля никому не говорила о своем интересном положении. Токсикоз и в этот раз ее не мучил, так что никто не замечал, что она беремена. Поход в женскую консультацию специально спланировала после работы, чтоб не отпрашиваться у руководства. Хоть на работе у нее все были вполне вменяемые люди, но почему- то не хотелось шумихи вокруг такого события, да и начальница стразу начнет искать ей замену, пусть и не явно, но уже готовясь к тому, что она уйдет в декрет. Оля понимала, что она еще не бог весть какой специалист, только- только после института, толком ничего не умеет, только начала вникать в тонкости профессии, только начала входить во вкус и тут… Но она не жалела, семья первично, карьера – вторично. А семья – это дети. Да, у них есть Маришка, но ей хотелось самой почувствовать вкус материнства, дать своему любимому человеку частичку себя… их.
Днем на работу позвонила свекровь, попросила забрать Маришку из садика, так как она сегодня записалась к парикмахеру. Да не вопрос! Садик по пути, прогуляется в ее состоянии только на пользу.
Подходя, Оля видела через забор садика, что группа Маришки на прогулке. Она поспешила к площадке, высматривая своего ребенка в группе играющих детей, но девочки среди них не было. Она окинула взглядом все пространство и ее сердце бешено заколотилось в груди. Маришка забралась на конструкцию для лазанья и повисла на турнике. Вернуться обратно на лестницу девочка не смогла, а прыгать вниз было высоко. Ее слабые детские ручки еле держали, и она в ужасе зажмурилась. От страха перехватило дыхание, она не сообразила позвать на помощь, понимая, что сама виновата, сама залезла сюда без спросу.
Оля бросилась к девочке и как раз вовремя. Руки Маришки соскользнули с перекладины, и она упала прямо на появившуюся Олю. Только тогда девочка дала волю своему страху, она прижалась к Оле и заплакала:
– Я так испугалась, забери меня домой скорей.
– Конечно, мой котенок, все хорошо, не плачь, – Оля прижимала к себе всхлипывающую девочку, поглаживая ее по спине.
Она оглянулась в поисках воспитателя, но та стояла к ним спиной и разговаривала с кем- то из родителей. Пройдя мимо нее, Оля только кивнула, убедившись, что ее с Мариной заметили, и не стала ничего выговаривать, просто понесла девочку домой.
– Мариш, ты тяжелая, может пойдешь сама ножками?
Но девочка только крепче прижималась к ней и сильнее уткнулась своим мокрым носом ей в шею. «Ладно, донесу, – подумала про себя Оля. – Вон как дрожит до сих пор, испугалась, бедняжка».
Только дома девочка отцепилась от Ольги и, забыв об всем, побежала к своим игрушкам. Оля привычно пошла