Надифа Мохамед

Люди удачи


Скачать книгу

готова вселиться в тело, предназначенное именно ей, скромной кардиффской лавочнице.

      – Включи приемник, Дай, хочу дослушать новости. Только представь, принцесса Елизавета – то есть королева Елизавета – возвращается, зная, что ей придется отказаться от скромной и тихой жизни с мужем и детьми, чтобы взойти на трон.

      – Ее никто не неволит. Может просто остаться в Кении и объявить, что монархии пришел конец, мне-то что.

      – У тебя нет представления о чувстве долга. Как она может, если целая страна – да что там, целая империя – ждет ее?

      – От тебя, папина дочка, я ничего другого и не ждала. Обхохочешься с тобой, Вайолет, па оставил тебе эту лавчонку, а ты приняла ее так серьезно, будто от него тебе достался целый мир. Так и вижу твое лицо в газетах, когда ты произносишь торжественную клятву править домом 203 на Бьют-стрит, прилагая все старания и уповая на помощь Господа Вседержителя.

      – Эта лавка – вся моя жизнь, и, если бы я просто продала ее еще в сорок восьмом, что хорошего было бы в этом для нас? Для вдовы, старой девы и малышки, вынужденных кочевать из дома в дом и менять одну работу за другой?

      – Мы могли бы уехать в Лондон или Нью-Йорк.

      – И опять начать с нуля? Нет, Дайана, это ты еще достаточно молода, чтобы выйти замуж и родить еще детей. А я не могу.

      – Еще как можешь. Если не детьми обзавестись, то замуж выйти уж точно.

      – И что мне теперь, перебирать мошенников и прохиндеев, которым нужна не я, а моя лавка?

      – Ладно, ладно. Дело твое. – Дайана жестом капитуляции вскидывает руки, а потом рявкает во всю мощь голоса: – Грейс! Сию же минуту чтоб была здесь.

      – Иду!

      – Вот и иди скорее! Тетя Вайолет устала, еда стынет и портится.

      На винтовой лестнице слышится топот, а потом возникает Грейс – средоточие миров их обеих, четыре фута пять дюймов чистейших надежд и обещаний.

      Расцеловав Дайану и Вайолет в щеки, она, вихляясь, садится на стул. Еще недавно нежное и округлое, личико Грейс постепенно меняется: подбородок становится квадратным, как у Бена, нос приобретает изящный изгиб, как у Волацки. Десять зим и десять лет без него, думает Дайана, украдкой поглядывая на веснушчатые щеки дочери.

      – Сделала хоть какие-нибудь задания к экзамену, лапочка? – спрашивает Вайолет, нарезая курицу и перекладывая три куска в тарелку Грейс.

      Грейс с аппетитом кусает булочку и проказливо улыбается.

      – Знаешь, тетечка, я начала, но потом…

      – Мм? – Дайана закатывает глаза. – Моя косметичка оказалась гораздо интереснее?

      – Напрасно ты ее оставила, мама, – знаешь ведь, как легко я отвлекаюсь.

      – Ох и хитрюга ты, Грейси, – смеется Вайолет.

      Ведущий радиопередачи словно сидит четвертым с ними за столом; кажется, что этот звучный мужской голос из Лондона облачен во фрак, белый галстук-бабочку и классические туфли с Бонд-стрит. Звяканье ножей и вилок вплетается в торжественную хоровую музыку и звон колоколов повсюду, от