губы языком:
– Я не уверена, что вам очень нужно это знать.
– Ну, раз уж я вынужден находиться с вами в одном доме, то хочу быть уверенным, что вы не асоциальный элемент и не прячетесь от закона.
Мира медленно отложила телефон и серьезно уставилась на Илью:
– Вы сейчас серьезно? В таком случае, я просто мечтаю увидеть ваш паспорт и свидетельство на владение этой собственностью, дабы убедиться, что вы не аферист с большой дороги.
Мужчина едва успел подхватить челюсть в полёте, что ответить на данную наглость, он просто не знал.
– Ну, знаете ли, это уже переходит все границы.
– Вот, и я о том же. Давайте, просто попробуем мирно общаться, пока эта метель не позволит нам расстаться и забыть о существовании друг друга.
При этих словах ему стало как-то не уютно, вроде она и права, но что-то внутри протестовало против ее ухода. Попытался себя успокоить: это просто потому, что ему не хочется встречать праздник в одиночестве. Ещё бы себя в этом убедить…
Резко встал и, взяв свою посуду, положил ее в раковину.
– Ау! Стоп! А кто за вами тарелку мыть будет? Я в прислуги не нанималась.
Он скорчил недовольную гримасу:
– Вы же женщина! Разве это не прямая ваша обязанность?
– Ну, и шовинизм! Во-первых, я не ваша женщина, во-вторых, первый раз слышу, что мытьё посуды происходит по половому признаку. Не хотите мыть, сидите в грязи, мне вообще наплевать, я скоро съезжаю.
Илья фыркнул и, повернувшись на пятках, вылетел с кухни.
Мире хотелось и плакать и смеяться. Ну, что за несносные обстоятельства? Ведь она просто хотела побыть одна, спокойно обдумать и пережить все, что с ней произошло, но ее персональная удача вместо улыбки показала ей свой фирменный оскал.
Она взяла свою тарелку и пошла к раковине, смотреть на эту горку сил не было. Привычка вторая натура, на кухне все должно быть идеально.
Она вдруг представила, как выглядело ее нападение, громко захохотала, было стыдно и весело. Ну, и пусть, в конце концов, она видит этого симпотяжку первый и последний раз в жизни, пусть думает о ней, что хочет, будет что внукам рассказать.
Домыв посуду и допив остатки остывшего кофе, Мира решила прогуляться и своими глазами убедиться действительно ли нет возможности как-то выбраться отсюда. Тщательно оделась, закуталась в шарф и смело шагнула за порог. Начав спускаться с крыльца, сразу же провалилась по колено в глубокий сугроб.
Не может быть! Она вчера чуть пол жизни тут не оставила, разгребая сугробы, и вот вам суперприз.
Ветер бил вместе с колючими снежинками по лицу, и речи о том, чтобы ещё раз все раскопать, быть не могло. Хотя… Нужно понять в каком состоянии дорога.
Превозмогая острое желание повернуть назад, она поползла в направлении ворот. Именно поползла, учитывая уровень снежного покрова. Да, такой зимы она не помнит очень давно, словно погода вместе с остальным миром сошла с ума.
Калитка открываться не хотела, и Мира поняла, что она поступила очень глупо, понадеяться что кто-то вообще будет чистить дорогу в такую погоду просто безумство. Придётся