кому-то это покажется странным. Но дети моего поколения рано знакомились с понятием «смерть». Мы жили на центральной улице города, а потому почти ежедневно, а иногда и по нескольку раз в день выбегали со двора, чтобы хотя бы взглядом проводить траурную процессию под душераздирающие звуки похоронного марша. До сих пор самым проникновенным музыкальным произведением всех времён и народов я считаю "Траурный марш" Фредерика Шопена даже по сравнению с произведениями Баха, Бетховена или "Свадебного марша" Мендельсона и других гениальных музыкальных произведений. Прохождение траурных процессий по улицам города было запрещено только в середине 50-х годов.
А когда мне было 4-5 лет, старшая сестра изучала в школе роман Фадеева «Молодая гвардия» и, по моей просьбе, мне его рассказывала, да и про пионеров-героев я часто просила её рассказать, как и папочку донимала просьбами рассказать про войну. Но он-то уходил от ответов. Однажды, выведенный из себя моими приставаниями, он сказал: «Вот вырастешь, и сама книгу напишешь!». Но я-то тогда уже в школе училась, и после написания первого в своей жизни Сочинения, за которое получила оценку 4, потому что, про кошку написала, что «она ест мясо с молоком», а надо-то было, как я потом додумалась, «она ест мясо и молоко», я поняла, что на литературном поприще я – полная бездарь, тем более, что на войне не была, так как же я про неё писать буду? Но к папочке с тех пор приставать перестала.
Смерти я тогда жутко боялась. Некоторое время она представлялась и даже неоднократно снилась мне как маленький Земной шарик в пустынной тёмной бездне, на котором растёт всего одно громадное раскидистое дерево. Просыпалась я в ужасе. Так что про себя я решила, что хотела бы прожить долго, до самой старости, но, главное, чтобы смерть была без мук и боли. Так вот тогда, стоя у трюмо, чтобы галстук завязать, я про себя решила, что единственным человеком, которому я могла бы отдать свою жизнь, был Ленин, чтобы он мог довершить начатое им дело создания счастливого общества без войн и страданий на благо всех людей.
Такое же отношение, как к родному человеку, пусть даже в чём-то ошибавшемуся (а кто без ошибок жизнь прожил?), сохранилось и до сих пор. А потому меня очень беспокоит, что прах этого человека даже после развенчания марксизма-ленинизма не возвращён на родину и не захоронен рядом с могилой его отца, которая до сих пор чтится земляками. Через пару месяцев, кстати, исполнится 100-я годовщина со дня его смерти. Вряд ли за это время что-то изменится, но вот в какую-то из последующих годовщин, наверное, стоило бы это сделать. Ведь не зря в народе говорят: "Где родился, там и пригодился". Я бы вообще хотела, чтобы на родине Ленина надолго, если не навсегда, сохранились все мемориальные места, связанные с его именем и все желающие экскурсанты имели бы возможность с ними ознакомиться.
Однако, не помешает поинтересоться и мнением очень эрудированного международного политического обозревателя Леонида Млечина: "Ленин – создатель нового человека". Прошу обратить внимание,