момента мне было бы совершенно всё равно. Сердце учащённо билось в груди, будучи готовым выпрыгнуть из неё, а руки непроизвольно тряслись, хоть я и продолжала попытки дотянуться до своего телефона, зависшего в ладони наглеца прямо над его головой. Мужчина тоже заметил полицию, нажал куда-то почти в центр экрана и резко вручил смартфон мне.
– Сохрани его, – заявил он, подмигнув, развернулся и, распихивая толпу на платформе, ринулся в противоположную от выхода из вестибюля сторону.
– Вон он, – раздалось с другой стороны, а я проследила за тем, как двое полицейских принялись пытаться последовать за безбилетником, огибая отпрыгивающих с их пути людей и стараясь аккуратно отодвинуть с дороги тех, кто их игнорировал. Ещё один сотрудник бросился обегать вестибюль в центре станции по противоположной стороне платформы, там сейчас скопилось меньше людей, и путь был более свободен. Пытаясь высмотреть удаляющуюся спину наглеца в толпе, я даже привстала на носочки, но из-за низкого роста так ничего и не увидела. Тут приехала электричка и двери приветливо распахнулись, пропуская столпившихся людей внутрь.
Стоя на краю платформы и смотря туда, куда убежал мужчина, я сжимала телефон так, словно это было самое ценное, что у меня есть. В какой-то мере это так и было. Новый смартфон вместе с наушниками я точно не потяну, пришлось бы до зарплаты ходить без него. По телу бегала непонятная дрожь, вызванная случившимся инцидентом. Никогда прежде со мной не происходило ничего подобного, оттого меня просто жутко трясло. Женщина, что попыталась заступиться за меня, аккуратно коснулась плеча и кивком головы указала на пока ещё открытые двери электрички, и я опомнилась. Поблагодарив её, с трудом залезла в переполненный вагон, но всё же нашла свободное место в тамбуре у стены. Прислонившись к подрагивающему металлу поезда, я вцепилась в телефон и прижала его к груди, закрыв глаза и попытавшись успокоиться. Нет, мне непременно нужно поделиться этим инцидентом с Настей, иначе я точно никогда не успокоюсь и не забуду о столь вопиющем столкновении с негодяем.
Плохо помню, как добралась до дома. Весь путь проделала буквально на автомате по уже отработанному маршруту без дальнейших отклонений. Всё время, что я стояла в электричке, в очереди к турникетам на выход, а затем и на вход в автобус, да и в самом автобусе, мои пальцы так сильно сжимали телефон, словно от его присутствия в руках зависела моя жизнь. В первую очередь я полезла изучать банковские приложения, но суммы на картах не изменились, новых заявок на кредит не появилось, да вообще там не было никаких перемен. На душе как-то значительно полегчало, ведь первой мыслью было, что безбилетник переведёт себе все мои скромные сбережения. Скромные настолько, что даже плакать хочется. Но нет, обошлось. Тогда что он делал с моим телефоном?
Весь путь до дома этот вопрос не выходил из головы, а в автобусе я принялась изучать содержимое смартфона более детально, но новых приложений не появлялось, а в ранее установленных ничего