уже начал догадываться он.
– Просто… когда ты читал пьесу… мне захотелось на тебя наброситься. Всё, я молчу. Я этого не говорила.
– Новость, бесспорно, хорошая, – сказал он в одной ему свойственной манере – смущенно самоуверенной, – но я не знаю, как на нее реагировать.
Спустя пару минут он добавил:
– У меня была девушка, я расстался с ней и очень переживал. Вообще я семейно настроенный человек… Если мы переступим черту, то я буду чувствовать обязательства, а если еще и завтра у кого-то из нас крыша встанет на место, а у другого нет, я буду чувствовать себя мерзавцем… – снова курит.
– Но я же тебе нравлюсь…
– Да, но честно говоря, сначала мне казалось, что ты со мной играешь.
– В смысле?
– Ну, ты красивая, кокетливая… Но для меня ты была, как актриса, которая никогда не сможет быть с тобой. На которую можно только смотреть.
Я усмехнулась.
– Да, я привередливая. Нравилась многим, но мне они были не нужны. С ними было скучно.
– Ты вообще мне сейчас сделала комплимент… Но все-таки я не думаю, что это хорошая идея.
– Почему?
– Я же сказал, что буду чувствовать себя подлецом, который воспользовался слабостью девушки. Или еще начну тебя избегать.
Я приближалась к нему все ближе, смотря соблазняющими глазами.
– Я не прошу тебя об обязательствах. Не надо думать о потом, мне нужно сейчас.
Он долго еще говорил мне о своих благородных принципах, уговорил меня пойти спать, а завтра якобы все пройдет. Притом мое лицо в нескольких сантиметрах от него явно его смущало, поэтому он думал над последующими словами с большим трудом.
– Если я отодвинусь, – я села дальше, – так лучше?
– Да, так лучше, – улыбнулся он, стараясь не смотреть на меня.
Я догадывалась о том, что он снова выйдет на лестницу покурить. Может, даже в надежде увидеть меня. На этот раз он забыл о благородстве и решил поддаться чувству.
– Ну ты мне крышу снесла, – заключил он одновременно с досадой и удовольствием.
Это был страстный поцелуй. Мы просто в нем утонули.
Сели снова на подоконник.
– Ну что, набросилась? – улыбнулся он.
Целуется он здорово. Видимо, большой опыт. Спец по женской шее.
Спать мы пошли только в 4 утра – процеловались все время, сидя у окна.
На следующее утро я проснулась с улыбкой.
В коридоре увидела Сказочника.
– Как дела? – спросила я с многозначительной улыбкой.
– Нормально.
Вел себя, как железный. Говорил со мной, будто ничего не было, в страхе, что эта крышесноска может перерасти в нечто большее.
– Я ведь все равно уеду, – сказал он.
– Ну и что? Вчера тебя это не остановило.
Он явно загрузился. Думает. Мучительно думает о сложившейся ситуации. Периодически смотря на меня, а я продолжаю соблазнять его глазами.
– Ну, перестань, – сказал он. – Ты одним своим видом меня соблазняешь.
В этот вечер он вел себя смелее.
– Но