потерянности? Я непременно сумела бы после всего заставить его переступить через своё упрямство и пойти со мною в Храм Надмирного Света! Ты лишил меня счастья! Ты не дал мне возможности увидеть те «сады Гора», не дал познать всю глубину настоящей любви жены к своему настоящему мужу. Ведь сам ты таким мужем не стал, не можешь.
– А разве ты сама хотела моего преображения в неистового любовника? Так что не тебе судить, что я могу, а что нет. Я вовсе не слизняк как Хагор. Другое дело, что у меня здесь другие задачи.
– Но творцом нового человека ты стать не способен! Сделать меня матерью ты не можешь, потому ты и не захотел полноценных отношений со мною. А в те дни кромешного отчаяния я была готова пойти с тобою в Храм Надмирного Света.
– Где ты видела здесь хотя бы один Храм Надмирного Света? Не смог бы я пойти туда с тобою, даже ублажая тебя и делая вид, что разделяю твои предрассудки.
– Ты говоришь, как он! Он тоже не хотел в Храм Надмирного Света. А всё же, он пошёл бы, когда произошло бы зачатие ребёнка. А это неизбежно бы случилось, потому что у меня с ним сразу же возникла такая гармония, такое полное слияние всех мыслей, чувств… Поэтому ты не должен был так поступать! А! Я догадалась! Вот для чего ты выпытывал у меня подробности о той ночи. Вовсе не специфическое любопытство двигало тобою. Ты решил, что я смогу родить от него сына, так необходимого тебе после утраты Нэиля… А не получилось у меня стать матерью сразу же. Так вот для чего ты привёз тогда того парня с земной базы. Хотел, чтобы он оплодотворил меня. Иногда я думаю о тебе ужасные вещи!
Тон-Ат молчал, давая мне возможность выразить свой гнев.
– Я ничуть не дорога тебе сама по себе, а я полюбила тебя. Привыкла к тебе.
– Я всегда любил тебя. И ты безмерно дорога мне. Ни теперь, ни тогда я не держал тебя рядом с собою на цепи. Ты свободна, Нэя. Можешь возвращаться в столицу Паралеи. Мой прежний дом там в твоём полном распоряжении.
– Вернуть его любовь? Когда я постарела и поседела как старуха? Да ты смеёшься надо мною! Теперь-то я точно гожусь тебе в жёны. Вот чего ты добился, на столько лет усыпив мою душу в своих душных цветниках! В своём гулком и страшном доме. В своих безлюдных горах. Поскольку все твои подданные угрюмы и немы, я не увидела среди них ни одного человека с душой. Они как механические куклы. Только бабушка – единственная родная душа рядом.
– А я? – спросил он. – Бездушен?
– Ты тоже родной, но ведь ты как был, так и остался вещью в себе.
– Твоя ранняя седина есть лишь признак твоего раннего духовного созревания. Но глупые люди такого не понимают. Ты всегда сможешь покрасить свои волосы в любой цвет. Ведь в столице полно домов красоты и прочих ухищрений для её наведения. А лицо твоё стало только краше, как и сама ты стала настоящей уже женщиной, а не пухлым подростком, кем была тогда. Только учти, если сумеешь найти его и повторно обрести его любовь, тебе не будет с ним легко, – сказал Тон-Ат. – Он искалечен Паралеей. Не знаю, сможешь ли ты выдержать его. Даже любя, он будет жалить тебя своим жестоким жалом