На правах шифра… И.В. Сталин – автор и редактор Закрытых писем ЦК РКП(б) в 1923–1924 гг.
их назад, к новым столкновениям, к новой войне.
Оккупация Рура6* преследовала не только цели обеспечения репараций. Франция не могла не знать, что Германия экономически не в силах удовлетворить требования Франции, что стотысячное войско оккупантов в Руре потребует новых расходов, которые могут быть покрыты лишь из собственного кармана. Оккупируя Рур, империалисты Франции думали захватить так или иначе германский уголь, соединить его с французской железной рудой и тем обеспечить материальную базу военного и хозяйственною могущества Франции на континенте Европы, отодвинув назад Англию. Существуют сведения о секретных переговорах, ведшихся, в марте и апреле между представителями французских и германских господствующих капиталистических кругов, причём объектами этих переговоров были трестификация главных отраслей французской и германской промышленности и переход части германского акционерного капитала в руки французов. Догадалась ли об этом Англия? Должно быть, догадывалась. И если она всё же допустила оккупацию Рура, умыв руки, то потому, что она знала, что оккупация вызовет истощение Германии, озлобление её против Франции, падение престижа Франции на континенте Европы, новое обременение французской казны и истощение французских финансов в виду новых расходов: Англии нужны истощённая Германия и ослабленная в финансовом отношении Франция для того, чтобы тем легче было ей командовать на континенте Европы. И действительно, все эти предположения сбылись с поразительной точностью, ибо за период оккупации Франция ничего не получила, кроме новых расходов, между тем как угля она получает теперь меньше, чем до оккупации. И всего этого «добилось» правительство Паункаре ценой потери своего престижа, как внутри, так и вне Франции.
Но Англия могла допустить эту игру и это попустительство только до известных пределов. Теперь, когда минусы оккупации Рура выяснились полностью, когда французы стараются исправить свою ошибку путём сговора с немцами, тайно от Англии, когда они стараются установить «смычку» между французским железом и германским углём уже в порядке коммерческом, а не военном, – теперь Англия «не может молчать», теперь она должна вмешаться в дело, конечно, в интересах «цивилизации» и, само собой, «в пользу немцев». 7-го июня Германия обратилась к союзникам с меморандумом, где она просит их назначить беспристрастную комиссию, которая должна определить платёжные силы Германии, и решениям которой она обязалась подчиниться. Меморандум этот пришёлся как раз вовремя для Англии, если он вообще не был издан по соглашению с Англией. Англия приняла за базу этот меморандум, несмотря на протесты со стороны французских правящих кругов, и потребовала от Франции отказа от её непримиримой политики. Из елейных речей английских империалистов, допустивших пять месяцев назад оккупацию Рура, а теперь требующих замены оккупации новой, коммерческой формой ограбления Германии, мир узнал, что «примирение» необходимо и интересах «человечества» и «мира». То обстоятельство, что подоплекой елейных речей английских империалистов