она.– Или ты уже передумал?
– Запомни, женщина.– Кулл, прищурившись, посмотрел на Наари.– Мое слово крепко, как сердце гор. Два дня назад я дал клятву, что уничтожу всех кубурхов, чего бы мне это ни стоило. И можешь мне поверить – так оно и будет!
Несмотря на полуденную жару, от взгляда суровых прозрачных глаз этого удивительного юноши по спинам Наари и Бадана пробежал холодок.
– Нет чести в бессмысленной смерти,– продолжил атлант.– Это выход для труса. Нам нужно придумать, как уничтожить всех кубурхов, и, клянусь огненным клювом Ка, я это придумаю!
На мгновение взгляды Кулла и Наари скрестились. Первой опустила глаза девушка.
– Извини, Кулл, я не хотела тебя обидеть.– Наари развела руками.– Просто я не знаю, что нам делать…
– Я тоже…– Вадан посмотрел на Кулла: – На тебя, воин с гор, вся надежда…
От молящего взгляда этих славных людей, перед которыми впервые в жизни забрезжил огонек надежды, сердце Кулла забилось быстрее.
– Я обязательно что-нибудь придумаю! – ответил атлант с уверенностью, которой, однако, не чувствовал. Но что-то подсказывало ему, что путь к спасению есть…
* * *
Путь до деревни Наари и Бадана занял четыре дня. В одиночку Кулл добрался бы туда за сутки, но люди Долины Тигров значительно уступали ему в силе и выносливости. За время пути юноша крепко сдружился со своими спутниками.
И если поначалу Вадан ему не приглянулся, то теперь атлант изменил мнение об этом молчаливом и мужественном парне. Хотя его голова была затуманена бреднями старейшин, Вадан готов был сражаться за свое племя и своих друзей хоть с богами, хоть с демонами.
Затаив дыхание Вадан, и Наари слушали рассказы Кулла о жизни в Приморских горах. Для них, выросших в нечеловеческих условиях под властью кубурхов, жизнь Кулла представлялась поистине сказочной. Порой атланту казалось, что они вообще не верили в то, что за пределами Долины Тигров существуют другие люди. Обычно немногословный, Кулл готов был говорить часами, лишь бы поддерживать радостный блеск в глазах Наари.
Сам того не замечая, атлант настолько привык к обществу смелой и ершистой девушки, что теперь не мог без нее обходиться. Точно так же Наари тянуло к мужественному и могучему воину с гор, чьему неукротимому духу позавидовал бы саблезубый тигр. И через несколько дней молодым людям стало казаться, что они теперь не смогут жить друг без друга.
Любовь этих двух юных сердец была внезапной, а страсть – дикой. Забыв про сон, они терзали друг друга, словно два ненасытных тигра, стараясь насладиться каждым мгновением, отпущенным им судьбой. И Кулл, и Наари жили так, как будто каждый день мог стать для них последним.
– Ты заберешь меня отсюда, когда мы уничтожим кубурхов? – как-то спросила Наари, когда они отдыхали после бурных ласк. Девушка удобно устроилась на могучей груди Кулла.
В ответ юноша нежно погладил девушку по обнаженной спине, отливавшей бронзой в лунном свете, и рассмеялся.
– Конечно, мое сокровище!
Да, впрочем,