тогда я бы смогла найти жилье. Наверное, – отвела она глаза в сторону.
– Хорошо. Оставайтесь здесь, что-нибудь придумаем.
– А здесь кто-нибудь живет? – спросила Маша.
– Я. Теперь это мой дом. Поло оставил мне дом и те деньги, которые приходят за парк. Я до сих пор не могу его продать, хотя он слишком дорого обходится.
– Может, стоит сдавать два первых этажа, чтобы совсем не продавать его? – бойко начала Маша. – Не надо его продавать. Конечно, если вы не хотите этого делать, – тихо добавила она, поймав себя на мысли, что она опять начинает командовать.
– Возможно. Хотя, здесь иногда работают Виктор и Зисо. Может быть и стоит об этом подумать.
– Угу, – промычала Маша.
– Идите в комнату Поло. Я живу в этой комнате, – она указала на гостевую, – здесь меньше напоминаний.
– Хорошо, – неуверенно сказала Маша. – Тогда я пойду.
Анна улыбнулась и кивнула головой. Маша пошла в комнату. Тогда Поло говорил им не заходить на его территорию, потому она не видела, как там. Комната была большая. В ней был достроен еще один ярус, на котором стояли стеллажи и маленькая карусель. Внизу были кровать, комод, большой встроенный шкаф, небольшой письменный стол у кровати со шкафчиками и полками, полки были и за кроватью. Был большой чистый стол у окна, наверное, для чертежей. Над кроватью было видно звезды, на главном потолке тоже, скорее всего, они светятся ночью. В комнате было много деталей, над комодом висели фотографии. Это была очень живая комната, не та, в которую приходят поспать, а та, в которой живут: работают, занимаются творчеством, отдыхают, мечтают. Это была комната человека, полного жизни. Маша посмотрела на фотографии на стене: родители, Поло, его друзья, он, выступающий на открытии своего парка. Маша больше не могла держаться, она разрыдалась. Она мечтала увидеть Поло, человека, который был добр к ней, веселым человеком, с которым было интересно. Сейчас она могла наблюдать только часть мира, в котором он жил и который создавал.
Она поднялась на второй ярус и долго рассматривала карусель, со всеми ее дополнениями. Риа нашла, где она заводиться, зазвучала музыка, карусель закрутилась, волны вокруг стали двигаться, а вместе с ними рыбки, закрепленные на них, воздушные шары, закрепленные на тонком, прозрачном материале, полетели. Это было впечатляюще.
Рядом с каруселью, у окна, стояли два стеллажа с кувшинами и другой глиняной посудой, между стеллажами лежал ковер.
– Что это за место? – задала Маша вопрос сама себе.
Она подошла к кувшинам и заглянула в несколько. В одном из них она увидела бумажку. Достав ее и развернув, Риа увидела запись: «Что такое свобода? В чем она заключается?». « Хм», – хмыкнула она про себя и вкинула бумажку обратно. В еще одном сосуде она нашла другой вопрос: «Можно ли вызвать конкретного шида?». Маша вкинула бумажку обратно, поставила на место сосуд и легла на ковер. Что значит «конкретный» шид? Что Поло имел ввиду? Это как-то странно. Что он здесь делал, среди этих сосудов? Маша была уставшей и ненадолго уснула.
Через