Александр Пушкин

Пиковая дама


Скачать книгу

молодой офицер. – Bon jour, mademoiselle Lise.[5] Grand’maman, я к вам с просьбою.

      – Что такое, Paul?

      – Позвольте вам представить одного из моих приятелей и привезти его к вам в пятницу на бал.

      – Привези мне его прямо на бал, и тут мне его и представишь. Был ты вчерась у ***?

      – Как же! очень было весело; танцевали до пяти часов. Как хороша была Елецкая!

      – И, мой милый! Что в ней хорошего? Такова ли была ее бабушка, княгиня Дарья Петровна?.. Кстати: я чай, она уж очень постарела, княгиня Дарья Петровна?

      – Как, постарела? – отвечал рассеянно Томский, – она лет семь как умерла.

      Барышня подняла голову и сделала знак молодому человеку. Он вспомнил, что от старой графини таили смерть ее ровесниц, и закусил себе губу. Но графиня услышала весть, для нее новую, с большим равнодушием.

      – Умерла! – сказала она, – а я и не знала! Мы вместе были пожалованы во фрейлины, и когда мы представились, то государыня…

      И графиня в сотый раз рассказала внуку свой анекдот.

      – Ну, Paul, – сказала она потом, – теперь помоги мне встать. Лизанька, где моя табакерка?

      И графиня со своими девушками пошла за ширмами оканчивать свой туалет. Томский остался с барышнею.

      – Кого это вы хотите представить? – тихо спросила Лизавета Ивановна.

      – Нарумова. Вы его знаете?

      – Нет! Он военный или статский?

      – Военный.

      – Инженер?

      – Нет! кавалерист. А почему вы думали, что он инженер?

      Барышня засмеялась и не отвечала ни слова.

      – Paul! – закричала графиня из-за ширмов, – пришли мне какой-нибудь новый роман, только пожалуйста, не из нынешних.

      – Как это, grand’maman?

      – То есть такой роман, где бы герой не давил ни отца, ни матери и где бы не было утопленных тел. Я ужасно боюсь утопленников!

      – Таких романов нынче нет. Не хотите ли разве русских?

      – А разве есть русские романы?.. Пришли, батюшка, пожалуйста, пришли!

      – Простите, grand’maman: я спешу… Простите, Лизавета Ивановна! Почему же вы думали, что Нарумов инженер?

      И Томский вышел из уборной.

      Лизавета Ивановна осталась одна: она оставила работу и стала глядеть в окно. Вскоре на одной стороне улицы из-за угольного дома показался молодой офицер. Румянец покрыл ее щеки: она принялась опять за работу и наклонила голову над самой канвою. В это время вошла графиня, совсем одетая.

      – Прикажи, Лизанька, – сказала она, – карету закладывать, и поедем прогуляться.

      Лизанька встала из-за пяльцев и стала убирать свою работу.

      – Что ты, мать моя! глуха, что ли! – закричала графиня. – Вели скорей закладывать карету.

      – Сейчас! – отвечала тихо барышня и побежала в переднюю.

      Слуга вошел и подал графине книги от князя Павла Александровича.

      – Хорошо! Благодарить, – сказала графиня. – Лизанька, Лизанька! да куда ж ты бежишь?

      – Одеваться.

      – Успеешь, матушка. Сиди здесь. Раскрой-ка первый том; читай вслух…

      Барышня взяла книгу и прочла несколько строк.

      – Громче! –