или смешными котиками, но не получаю от него почти никакой реакции, кроме того, что он принимается меня отчитывать. Какой бездушный, если его коты даже не могут растрогать, то Алина – настоящий уникум, она-то вызывает у него миллион приятных эмоций.
Эх, любовь. Когда влюблен, даже видео с котами не приносят счастья. Я вот предпочту смотреть на котов.
– Хватит вести себя как ребенок, не обязательно показывать мне все красивые фломастеры. Кстати, – Марк отвлекается от своего телефона и пристально смотрит на меня, – сколько тебе лет?
– У девушек неприлично спрашивать о возрасте, – моментально утыкаюсь обратно в свою ленту с котами.
– Больше пятидесяти?
– Я не стану тебе рассказывать, я же капризная как ребенок, – не помешало бы еще показать ему язык, но я отказываюсь от этой идеи, чтобы окончательно не потерять весь авторитет в его глазах.
Не сказать, что мой возраст – великая тайна, просто от таких цифр у людей перегревается мозг. Тем более, я не уверена как его считать, я же не все помню. Мне считать прожитые года или те, которые отложились в памяти?
Моя память устроена очень похоже на человеческую – лишняя информация, которой я перестаю пользоваться, автоматически блекнет и со временем стирается. То есть, я знаю, что видела царей и императоров, водила хороводы вокруг костра на шабашах, но не поведаю вам, чем занималась в те времена изо дня в день.
Существование магических созданий длится слишком долго, даже боги забывают себя. Если кому-то кровь из носу надо что-то вспомнить, например, если забыл куда триста лет назад положил ценную корону, всегда можно наведаться к Мокоши. Как повелительница судеб, она может проникнуть во все уголки пройденного тобой пути и рассказать о его отдельных фрагментах, как о прошлых, так и о будущих. Но она не очень любит копаться в чужом прошлом. Захотел что-то вспомнить? Придется на сорока листах аргументировать Мокоши почему тебе так важно увидеть это воспоминание. Даждьбог как-то пришел к ней и попросил заглянуть в прошлое, видите ли, он забыл куда положил любимую игрушку своего ручного льва. Можно легко угадать куда именно Мокошь отправила его с таким запросом.
– Явно тебе больше пятидесяти, – продолжает рассуждать Марк, – может, сто лет? Все равно звучит чересчур скромно. Или же, наоборот, тебе столько лет, сколько и на вид, или даже меньше, это вполне бы объяснило твое поведение. Тебе есть хотя бы десять? Или я правда пытаюсь чего-то добиться от ребенка?
– Слушай, почему бы тебе не рассказ мне что нравится Алине, м? Какую кухню она любит? Ей нравится ходить по ресторанам?
– Ты переводишь тему, потому что я близок к правде? – спрашивает он, самодовольно ухмыляясь.
– Я перевожу тему, чтобы мы осудили что-то более полезное, чем мой возраст. Потому что какие бы цифры я ни назвала, ты не будешь удовлетворен. Так что насчет Алины?
– Я не могу так сразу тебе про нее рассказать, – принимает мои правила игры Марк, откидываясь на спинку дивана. – Мне нужно