моим желанием… Скорее так получилось. Совершенно случайно, ты не подумай! Я и не собирался тебе помогать, просто в лагере удалось услышать кое-что интересное. Вот я и подумал, может тебе тоже захочется об этом узнать.
– Выкладывай, – меня злило, что он всё никак не говорил где же Арнелия.
– Э нет, – вмешался трактирщик, подмигивая Брауни, – любая информация стоит денег.
– У меня уже ничего не осталось! – Мои щёки залил злой румянец. – Ты не пират, ты просто торгаш!
– Я флибустьер. У меня есть королевская лицензия и…
– Засунь её себе…
– Друзья, давайте не будем. На нас же смотрят, – трактирщик примиряюще приобнял нас. – В самом деле, дело пустяковое. Лианора, так ведь? Может, всё-таки у тебя завалялось что-нибудь… Ценное?
– Это есть, – в глазах мужчин мелькнул алчный огонёк и они придвинулись поближе. Я зловеще улыбнулась, смакуя каждое слово, – парочка ведьминских проклятий. Весьма ценная вещица. Вряд ли где вы ещё такое найдёте. С кого начнём?
По их лицам можно было догадаться, что они пришли в тихий ужас от моих слов. Их лица побелели, а губы задрожали, будто мужчины были готовы вот-вот расплакаться. Мне даже стало немного жаль позеленевшего Брауни, когда тот попытался взять кружку, но вместо этого случайно опрокинул её. Хозяин таверны тут же подскочил и убежал за тряпкой, чтобы остановить растекающуюся в разные стороны лужу.
Я не торопилась и наблюдала за ними, с нарочито скучающим видом подперев щёку рукой. Когда первое смятение прошло, Брауни был первым, кто заговорил:
– Ты, наверное, нас не так поняла… Я имел в виду, если у тебя есть возможность как-нибудь отблагодарить нашего доброго друга, который так вовремя решил нам помочь…
– Мне ничего не надо, – торопливо перебил его хозяин таверны. – Считайте это моим душевным порывом… Знаком нашей крепкой дружбы, да.
Брауни прожёг его угрюмым взглядом и недовольно поджал губы. Возникало ощущение, будто он готовился плюнуть ему прямо в лицо.
– Вы очень любезный человек, – улыбнулась я. – Так что насчёт Арнелии?
– В лесу недалеко от лагеря пару дней назад видели девушку. По описанию на неё похожа. – Процедил Брауни и многозначительно умолк на мгновение. Молчание не было его отличительной чертой. Я бы могла поклясться, что даже во сне он затыкался разве что, когда храпел. Вот и сейчас можно было наблюдать, как в нём борются два желания: сохранить свою маску обиды и негодования против того, чтобы высказать всё, что он думает по этому поводу в нескончаемом монологе. Но каким-то чудом в этот раз ему удалось найти компромисс. Достав из кармана серебряник, он кинул его хозяину таверны. – Прежде чем мы отправимся в путь, старина, будь добр, услужи.
– За что мне всегда нравился Брауни, – мужчина грузно встал из-за стола и похлопал его по плечу, – так это за правильный подход к делу! Мгновение, сегодня мы как раз подаём нашу фирменную ячменную кашу с луком и морковью!
Через минуту у нас на столе стоял огромный горшок с наваристой кашей, овощами и даже