подлить и ей немного кипятка. Он улыбнулся, ответил мягко, смотрел с лёгкостью. Ещё чуть-чуть и Камила бы вздрогнула. Всем доставался его одобряющий родительский взгляд, и никому его заинтересованность. Это невероятно волновало.
– Слушайте, я на самом деле не очень-то осуждаю его – высказывался Артур – человек сорвался, да и только. Ты так удивляешься этому, Лена! Будто совершенно не ожидала такого именно от него! Но разве ты достаточно знала его, чтобы судить?
– В нашей работе никому нельзя верить! – залепетала Милана.
– Знаю! Но на кого тогда вообще равняться?! Образование – это ведь во многом личность учителя, его взгляды, теории, личный опыт и пример.
– Равняться? Равняйся на себя, дорогуша! Не ищи готовых решений, изобретай свои! – отвечал Артур так непринуждённо и аутентично, что все вокруг даже слегка заулыбались.
– Браво! Какая пламенная речь! – шутливо отреагировал Максим, подавая Камиле только что приготовленный кофе.
Он даже не глянул на неё в этот раз, хоть она и рассчитывала на это.
– Спасибо – успела проговорить она.
Лена неодобрительно фыркнула.
– Все наши знания – это теории, предположения и открытия других людей. Других! Без их когда-то смелых решений не было бы науки как таковой. За наукой читаются личности. Учёные и только они!
– Я за голые знания! – выкрикнула Милана, залезая на кресло с ногами – Есть факты. И хоть ты кол на голове чеши, это будет так. Земля круглая, а нам надо сдавать проект! Это не изменить, даже если сотни восхитительных и гениальных учёных попытаются доказать другое. Может, уже начнём?
Ребята засмеялись. Засмеялась и Камила. И в этот раз ей было действительно смешно.
– Григорий Иванович не был душкой! По крайней мере, не таким уж святым, как ты говоришь – заговорил Макс.
– Да ладно?!
– Я серьёзно. Вспомни хотя бы тот момент, когда Юля спрятала шпаргалку в чулках.
– Да, это были великолепные черные чулки с кружевом на самом верху – мечтательно протянул Артур, рассчитывая, что снова рассмешит всех.
Так и случилось.
– А что такого?! Он просто не дал ей списать – воскликнула Лена.
– Он нагло при всех задрал её юбку, пощупал ногу и только спустя пару секунд всё же нашёл шпаргалку.
– Он мужчина, и ему не чужды сексуальные слабости! – воспрянул от спора Артур.
– А как насчёт женских слабостей? – добавила Камила.
Спор понемногу увлекал и её.
– Насилие?! Он просто искал шпаргалку!
– Он мог сделать это иначе! – подтвердила Милана – не так сально, что ли!
– Забыли! – продолжил Макс, слегка подавшись вперёд, сидя на кресле. – Как тебе случай с Родионовой? Отправить девушку трижды на пересдачу только потому, что однажды она имела наглость или честность высказаться против его спорной системы поощрений?
– Точно, бедная Родионова!– сочувствовал Артур.
– Бедная? Сама виновата – грозно отвечала Лена.
– Так ты всё же защищаешь его?! Или безоговорочно осуждаешь? Я так и не поняла! – громко