от снега пальто. Дверь открылась снова, впуская в тепло озябшего, трясущегося от холода помещика.
Удивлённая кухарка вышла навстречу, выпучив на вошедших свои круглые синие глаза.
– Что с тобой, Глаша? Я ведь предупреждал, что жду важную гостью, – Антон Платонович добродушно подмигнул опешившей женщине.
– Проходите, – едва вымолвила она, пропуская вперёд неизвестно откуда взявшуюся гостью, прибывшую без собственной тёплой одежды в разгар непогоды.
Бросая полные недоумения взгляды, кухарка отправилась разогревать самовар. В это время Ларт и Ада вошли в одну из нескольких комнат, имеющих вход из прихожей.
Это оказалась не слишком большая гостиная, пол которой покрывал пёстрый ковёр. Обои тёплого оттенка, не менее пёстрые. Из мебели стоял круглый стол в окружении четырёх венских стульев с мягкими сиденьями и в том же стиле диван. Правый угол украшала кафельная печь, в левом – сверкал тёмным лаком буфет с горкой посуды. По стенам расположились картины: портреты и натюрморты. Двери в другие комнаты располагались с двух сторон анфиладой2. Облик интерьера выдавал холостяцкое жилище, так как в нём не было и намёка на женскую руку, способную разнообразить уныние комнат приятными мелочами в виде цветочных ваз и прочих милых безделиц.
– И как прикажешь называть тебя? – Ада удобно уселась на мягкий диван, устремив вопросительный взгляд на шевалье.
– Ну, ты могла бы называть меня, как и остальные, барином, но если тебе этого мало, то к вашим услугам Антон Платонович Зотов. Помещик, а по совместительству самый сексуальный мужчина Всея Руси. С огромными усами и не менее огромным…
– Твоя клоунада прекратится когда-нибудь? – устало вздохнула Адель, перебивая хвастливую тираду.
– Кстати, ты выяснил, где мы находимся, и какой сейчас год?
Ларт заметно посерьёзнел.
– Пока нет. Я и так до смерти напугал Глашу, узнавая, кто она и кто я. Выясним это позже, самостоятельно. Амог – Будда северного направления. Стало быть, по локации мы где-то на севере.
Ада поднялась с дивана, начала прохаживаться по комнате. Дрова в печи потрескивали, даря тепло и особенный зимний уют.
– Совсем не обязательно приземлиться на севере. Вспомни опыт Марго. Не стоит забывать, что наши Будды – своеобразные существа. Если подумать, путешествие для каждой магирани оказывается судьбоносным и не ограничивается одним лишь поиском силы. Если мы попали сюда, значит, это зачем-то нужно.
– Ну, хотя бы во временном отрезке я уверен, – постарался реабилитироваться Ларт, которого задевало давящее превосходство Ады.
– Должно быть, сейчас начало XX века, – он поднял палец вверх, указывая на хрустальную люстру, источающую электрический свет.
– 1915 год. Двадцать пятое ноября. – Ада склонилась к отрывному настенному календарю.
– Тревожное время, – задумавшись, мужчина начал накручивать на палец свои пушистые усы. – Первая мировая война в разгаре. И до революции