Энциклопедия жизни русского офицерства второй половины XIX века (по воспоминаниям генерала Л. К. Артамонова)
на законном основании претендовать на владение долиною правого берега… как и Франция – на завладение левого берега; так Менелику и Франции он оказал неоценимые услуги и в то же время внес блестящую страницу в историю доблестных подвигов русского воинства»[6]. В мае 1899 г. негус Менелик II наградил Л.К. Артамонова орденом Эфиопской звезды 2-й степени, французское правительство – большим офицерским крестом ордена Нишана.
По возвращении в Россию, 27 марта 1899 г. полковник Артамонов был принят царем Николаем II, а также выступил с докладом в ИРГО, где, рассказав коротко о результатах экспедиции и собранных материалах, удостоился золотой медали имени графа Ф.П. Литке по отделению математической и физической географии, а казаки, его сопровождавшие, по ходатайству своего начальника были награждены серебряными медалями.
И это только один эпизод из жизни человека, который вполне мог бы вслед за Наполеоном воскликнуть: «А все-таки какой роман моя жизнь!»
Что же побудило меня заняться разбором рукописного архива человека, покинувшего этот мир около 100 лет назад, лет, наполненных такими социальными потрясения и бурями, выведшими на историческую сцену такое количество ярких, неординарных личностей – героев и злодеев, – что на их фоне неизбежно должны были поблекнуть и покрыться туманом истории труды и подвиги очень и очень многих людей, каждый из которых при жизни несомненно имел полное право на популярность и внимание современников.
Как известно, история должна прежде всего учить ныне живущих не повторять ошибок и наследовать лучшие деяния ушедших поколений, чтобы передать грядущим мир чуточку лучше, нежели они застали в начале своей созидательной деятельности. Изучение истории, если она правильно понимается и трактуется, не заключается только в огульном прославлении «великих подвигов» предков, некоторые из которых, к несчастью, заставляют вспомнить известные лермонтовские строки о любви к отчизне и едкие щедринские сентенции. История позволяет нам взглянуть в лицо тем, кто жил до нас и «примерить» на себя их личность, чтобы понять, а действительно ли мы есть результат прогресса нации и народа за минувшие века, и не следует ли нам более критично подойти к собственным мыслям, идеям и свершениям, чтобы впоследствии «больное позднее потомство» не заклеймило нас «насмешкой горькою обманутого сына над промотавшимся отцом».
Теперь я могу сказать, чем привлекли меня воспоминания Л.К. Артамонова, около сотни лет хранившиеся в тиши архива Русского географического общества.
Во-первых, это неодолимая тяга Леонида Константиновича к знаниям. За свою жизнь он учился и классической, и в военной гимназии, в двух военных училищах и двух военных академиях, каждый раз полагая, что полученных им знаний недостаточно для успешной деятельной жизни, причем не для собственного преуспеяния, а для изменения самих основ жизни, исправления ее недостатков, искоренения пороков, умножения добродетели и совершенства. В годы своей